Срок за закладки

  • автор:

Соль — это распространенное в разговорной речи название синтетического наркотика, содержащего аналоги мефедрона. Как правило, соли оказывают на организм эффект, похожий на воздействие амфетамина и кокаина — они стимулируют работу нервной системы, вызывая наркотическое опьянение а в дальнейшем — зависимость. Обычно соли употребляют внутрь, нюхают либо делают внутримышечные или внутривенные инъекции.

Поскольку соли оказывают разрушительное воздействие на личность, вызывая в организме необратимые последствия, эти вещества в соответствии с постановлением правительства № 681 подлежат строгому контролю на территории Российской Федерации. Это означает, что свободное распространение, хранение, перевозка, торговля этими наркотическими веществами запрещены и уголовно наказуемы.

Закладчики соли: срок, наказания и статья

Самый распространенный способ распространения солей — путем так называемых наркотических закладок. Чаще всего покупатель находит объявления с предложением приобрести наркотик в интернете, на досках объявлений и т. д. Иногда контакты закладчиков человеку передают друзья и знакомые.

Схема выглядит следующим образом: покупатель делает заказ и оплачивает его, например, переводит деньги на банковскую карту. После этого закладчик, который выступает в основном всегда в роли посредника, осуществляет закладку и сообщает ее точное местонахождение покупателю. Для этого в основном используются смс-сообщения, социальные сети, мессенджеры.

Соответственно, действия закладчика фактически можно квалифицировать как сбыт наркотических веществ. Это уголовно наказуемое преступление в соответствии со статьей 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, за незаконное производство и сбыт наркотиков даже в незначительном количестве осужденному грозит лишение свободы на срок от 4 до 8 лет

Если для распространения солей использовался интернет и СМИ, срок лишения свободы увеличивается. В соответствии со статьей 228.1 он составляет от 5 до 12 лет. Помимо этого суд может вынести решение о лишении свободы до 1 года и назначить штраф в размере до 500 тысяч рублей или в размере зарплаты осужденного за период до 3 лет.

Если закладчик сбывал наркотики путем закладок в значительном размере, ему грозит лишение свободы на срок от 8 до 15 лет, денежный штраф в размере до 500 тысяч рублей и ограничение свободы на срок до 2 лет. Такое же наказание установлено для группы лиц, которая занималась сбытом наркотиков.

Закладчики, которые реализовывали наркотики в крупном и особо крупном размере, могут быть приговорены к лишению свободы на срок до 20 лет. Кроме этого, может быть назначен штраф в размере до 1 миллиона рублей либо в размере дохода осужденного за период до 5 лет. За реализацию наркотиков в особо крупном размере предусмотрена также мера наказания в виде пожизненного лишения свободы, если есть отягчающие обстоятельства.

Со скольки грамм соли наступает уголовная ответственность?

Значительный, крупный и особо крупный размер оборота наркотических веществ установлен Постановлением Правительства РФ от 01.10.2012 N 1002. Например, для мефедрона значительный размер — свыше 0,2 граммов, крупный — свыше 2,5 граммов, особо крупный — свыше 500 граммов. Соответственно за количество свыше 0,2 граммов наступает уголовная ответственность.

Какое наказание за поднятие закладки соли?

Поднятие закладки соли — это правонарушение, за которое в соответствии с российским законодательством предусмотрена административная и уголовная ответственность.

Административная ответственность

Если закладка имела незначительный размер, это будет квалифицироваться как административное правонарушение. Таким образом, в соответствии со статьей 6.8 Кодекса об административных правонарушениях правонарушитель должен будет уплатить административный штраф в размере от 4 до 5 тысяч рублей либо отбыть административный арест в течение 15 суток. Если закладку поднимет иностранный гражданин либо лицо без гражданства, он также должен будет уплатить штраф в размере от 4 до 5 тысяч рублей либо отбыть арест в течение 15 суток, после чего он будет принудительно выдворен за пределы Российской Федерации.

Чтобы избежать административного наказания за поднятие закладки, достаточно добровольно сдать наркотические вещество правоохранительным органам.

Отметим, что административная ответственность в виде штрафа и административного ареста применяется к людям, которые незаконно приобрели и хранили наркотическую закладку без цели сбыта.

Уголовная ответственность

Будет проведена экспертиза, установлено точное, какое наркотическое вещество находилось в закладке. Если правоохранительные органы докажут, что поднятая закладка имела значительный размер (для мефедрона он составляет более 0,2 граммов), в соответствии с постановлением Правительства № 1002 лицо, которое ее подняло, будет привлечено в уголовной ответственности.

На сегодняшний день в соответствии со статьей 228 Уголовного кодекса Российской Федерации за незаконное приобретение и хранение закладки соли в значительном размере правонарушителю грозит наказание в виде штрафа до 40 тысяч рублей или в размере зарплаты за период до 3 месяцев. Суд может назначить обязательные работы на срок до 480 часов либо исправительные работы на срок до 2 лет. За это деяние правонарушителя могут лишить свободы, то есть посадить в тюрьму на срок до 3 лет. В некоторых случаях применяется мера — ограничение свободы, которая не предполагает изоляции человека от общества.

Если выносится приговор об ограничении свободы, накладывается ряд запретов. Осужденному в обязательном порядке запрещается изменять место жительства и выезжать за пределы территории определенного муниципалитета без согласия государственных органов. Суд может запретить человеку посещать массовые мероприятия, не выходить в течение определенного времени суток из дома и т. д. Осужденный, которому вынесли наказание в виде ограничения свободы, обязан 1–4 раза в месяц приходить в государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания.

Если будет установлено, что закладка имела крупный размер, за ее поднятие грозит лишение свободы на срок от 3 до 10 лет. Помимо такого наказания суд может назначить штраф в размере до 500 тысяч рублей или в размере дохода правонарушителя за период до 3 лет, а также вынести решение об ограничении свободы.

Если следствие установит, что деяние было совершено в особо крупном размере, осужденный может быть приговорен к 10–15 годам лишения свободы. Кроме этого, может быть назначен штраф до 500 тысяч рублей либо в размере дохода правонарушителя за период до 3 лет, а также вынесено решение об ограничении свободы на срок до полутора лет.

Если вы подняли закладку, то есть совершили правонарушение, есть возможность избежать уголовной ответственности. Для этого необходимо добровольно сдать соли, а также способствовать раскрытию преступления, изобличению людей, которые связаны с незаконным оборотом наркотиков. Отметим также, что если лицо, которое подняло закладку, было задержано правоохранительными органами, это не может считаться добровольной сдачей.

Солевой не может бросить из-за кайфа от секса

  1. Этот сайт использует файлы cookie. Продолжая пользоваться данным сайтом, Вы соглашаетесь на использование нами Ваших файлов cookie. Узнать больше…

Тема в разделе «Супруги наркоманов — вам сюда!», создана пользователем Olga8990, 1 авг 2019.

Темы в которых сейчас ответили Нужна помощь Последнее сообщение SVET-lana, 18 апр 2020 в 20:21 Настроение Последнее сообщение Cтасик, 18 апр 2020 в 20:21 Бросаю всё! Последнее сообщение Magdalena, 18 апр 2020 в 20:19 Мой длинный путь наркомана. Последнее сообщение Olga, 18 апр 2020 в 19:36 Стратегия реабилитации в нашем… Последнее сообщение Adison, 18 апр 2020 в 19:31 Нужна помощь! Последнее сообщение beard, 18 апр 2020 в 19:04 Опции темы

Опции темы

    Кто ответил?

Боремся с геноцидом день и ночь! Поможите проекту малой денежкой) Он существует за счет пожертвований пользователей. Если мы не будем получать вашу помощь, то не сможем обеспечить постоянные, бесплатные консультации родственникам и наркоманам.

Вы можете выбрать сумму перевода и оплатить, нажав на кнопку и выбрав платёжную систему. Ваш перевод приходит на фрикассу анонимно, без указания Ф.И.О отправителя. Поэтому, большая просьба, отписывайтесь на форуме после перевода, чтобы мы могли вас поблагодарить. Если у вас не выходит перечислить помощь через кнопки, то высылайте на карту Сбербанка 5469 2200 1275 0565 на имя Людмилы(нашего главного модератора)
$1 $5 $10 $20 $50 $100

Профессия закладчик: описание современного феномена и истории зависимых

Наркомания в современном мире достигла гигантских масштабов. Нет ни одной страны мира, которую не затронула бы эта зараза.

  • Содержание

Производство и продажа наркотических веществ – один из самых выгодных видов бизнеса.

Прибыль настолько высокая, что преступники занимаются этой деятельностью, несмотря на самые суровые наказания со стороны органов правопорядка.

Распространители наркотиков идут на любые ухищрения, чтобы осуществить успешную продажу запрещенного товара, и при этом не быть пойманными правоохранителями.

Еще не так давно вариант осуществления сделки с конечным покупателем был только один – передача товара из рук в руки, за наличные деньги, потому что любые другие способы могли стать уликой для поимки наркоторговцев.

Современные средства коммуникации позволили модернизировать процесс наркоторговли, исключив прямой контакт наркодилера с потребителем наркотиков.

Это стало возможным благодаря тому, что появилась новая профессия – закладчик. Эти люди стали посредниками между продавцами и покупателями наркотических веществ, выполняя роль курьера.

Что являют собой закладки?

Закладка (клад) – это порция наркотического вещества, расфасованного в герметичный полиэтиленовый пакетик, который наркокурьер («минер») прячет в укромном месте. Чтобы не рисковать, передавая запрещенный товар из рук в руки, закладчик выбирает подходящее место, размещает там дозу наркотика.

Закладка

После получения оплаты от клиента «минер» высылает клиенту фотографии и точные координаты товара, чтобы тот мог самостоятельно подойти и забрать его.

Внутри пакетика может находиться любой вид наркотика (его называют условно «стафф») – как легкий (конопля, насвай, спайсы, галлюциногены), так и тяжелый (кокаин, героин, амфетамин, ЛСД, дезоморфин и другие).

Наркокурьер не всегда знает, что именно он закладывает в тайник. Главное преимущество распространения наркотиков посредством закладок – анонимность наркокурьеров и наркоторговцев.

И если курьера еще можно поймать с поличным, когда он едет с товаром или делает закладку, то наркоторговца вычислить практически невозможно, ведь напрямую он с «минером» не контактирует. Поэтому органы по борьбе с наркоторговлей не могут обеспечить высокую эффективность в обезвреживании преступников.

Где и каким способом обычно прячут закладки?

Нередко можно увидеть, как работают закладчики. Если во дворе дома, на детской площадке, возле подъезда или в подъезде шастает незнакомый человек (это может быть подросток), пытаясь что-то спрятать, то это наверняка и есть закладчик.

Место для закладки под деревом

Места они могут выбирать любые, в том числе весьма необычные:

  1. цветочные клумбы;
  2. мусорные урны;
  3. водосточные трубы;
  4. электрический распределительный щит;
  5. подъезд;
  6. общественный туалет;
  7. памятники;
  8. скамейки в скверах и парках;
  9. детские игровые площадки;
  10. деревья и кусты;
  11. канализационные люки;
  12. под подоконниками (в частных домах);
  13. и другое.

Пользуется популярностью такой метод: к пакетику со «стаффом» прикрепляют магнит, а затем цепляют его на каком-то металлическом предмете (труба, перила в подъезде, нижняя часть мусорного бака).

«Клад» должен быть незаметен для посторонних, но нужно, чтобы покупатель смог легко его найти. Для этого высылаются подробные инструкции, со схемой и фотографией – где и как найти закладку.

Место для закладки не должно быть слишком людным, но чересчур безлюдные глухие места тоже не подходят. «Клад» размещают в месте, где его легко моно достать, но не на уровне глаз.

Существуют фальшивые закладки: деньги у клиента берут, а вместо наркотика ничего не закладывают – якобы кто-то посторонний уже успел найти и забрать.

Это может произойти и случайно, но некоторые закладчики воруют товар преднамеренно. Существует специальная «профессия» тех, кто ищет чужие закладки и забирает товар («шкуроходы»). Если такого «шкурохода» или недобросовестного «минера» поймают наркоторговцы, его могут запросто покалечить или даже убить.

Кто берется за эту работу

Наркобизнес закладчиков вербует преимущественно из молодых людей и подростков.

Подросток, занимающийся закладкой наркотиков

Преимуществ у такого подхода несколько:

  • подросток не осознает всей опасности, которая ему грозит за распространение наркотиков, он более доверчив и покладист;
  • взрослого человека сложно соблазнить такой «работой», а для несовершеннолетнего, у которого нет других возможностей заработка, это огромные деньги (100-200 тысяч рублей в месяц);
  • несовершеннолетний не вызывает излишних подозрений (если подросток гуляет по детской площадке, вряд ли кто-то подумает, что он наркокурьер);
  • у школьников и студентов много свободного времени, они много гуляют на улице и знают, куда можно надежно спрятать «клад»;
  • в случае обмана или мошенничества подросток не сможет отомстить или нанести какой-либо вред наркодилеру, у которого он берет товар на реализацию.

Согласно статистике, более половины всех «минеров» — это студенты и школьники. Несовершеннолетние охотно берутся за эту «работу», не только потому что не осознают грозящей им опасности, но и потому, что они не будут наказаны по всей строгости закона.

Немалую часть закладчиков составляют наркоманы. Таким способом они зарабатывают себе на дозу наркотика, а нередко они воруют «стафф», чтобы употребить самостоятельно.

Наркоторговцы связываются с такими «минерами» неохотно, стараются не доверять им большое количество товара, обязательно требуют предоплату. В качестве наказания, закладчиков, выполняющих работу недобросовестно, работодатели могут сдавать полиции.

Способы вербовки будущих закладчиков

Чтобы понять, как бороться с закладчиками, необходимо знать методы их вербовки.

Существует особая часть интернета (так называемый Даркнет), куда нельзя попасть просто так – здесь работают сайты, торгующие наркотиками и предлагающие работу потенциальным «минерам».

Чтобы попасть в Даркнет, используются специальные анонимные интернет-браузеры, работающие по особым секретным протоколам.

Наиболее популярный из них – TOR Browser. Через него можно зайти на нелегальные сайты, приобрести наркотические вещества, устроиться на работу «минером».

Tor Browser с помощью которого можно устроиться работать закладчиком

Но не только через Даркнет наркодельцы ищут себе «рабов». Поскольку редко кто из «минеров» длительное время занимается закладками, постоянно требуются новые люди.

Чтобы их найти, предприимчивые наркодилеры дают объявления на обычных сайтах для поиска работы.

В объявлении они пишут что-то наподобие «требуются ответственные молодые люди для неквалифицированной работы, оплата высокая».

Могут в тексте объявления указывать, что есть вакансия грузчика или курьера, а затем предлагать работу «минера».

Объявления о вакансии работы для закладчиков часто рисуют прямо на тротуарах или на стенах домов (указывают телефон, аккаунт скайпа или вайбера).

Предлагают также и работу по выращиванию или хранению конопли, по изготовлению или расфасовке синтетических наркотиков химическими методами.

Какое наказание грозит наркокурьеру

При задержании закладчикам грозит немалый срок. Величина этого срока зависит от того, какие именно виды наркотических веществ были при нем обнаружены, и в каком количестве.

Статья 228.1 (1 и 2 часть) Уголовного Кодекса Российской Федерации подразумевает лишение свободы сроком от 4 до 8 лет. И это самый легкий вариант для закладчика: сбыт незначительного количества наркотических веществ или торговля через интернет.

Приговор по статье 228.1 части третьей

В основном «минеры» получают более суровые приговоры:

  1. по статье 228.1 (часть 3) – сбыт наркотиков группой лиц по предварительному сговору или в значительных количествах, дают тюремный срок от 8 до 15 лет (строгого режима);
  2. по статье 228.1 (часть 4) – от 10 до 20 лет;
  3. по статье 228.1 (часть 5) – от 15 до 20 лет.

Достаточно иметь при себе 3-4 грамма запрещенного вещества, чтобы получить срок по 3 или 4 части статьи. При содействии следствию и сдаче всех подельников можно получить меньший срок, но все равно он будет значительным.

Как ловят закладчиков? В 90% случаев их сдают конкуренты или работодатели, иногда – бдительные граждане.

Уровень заработка закладчиков

За 1 закладку предлагают от 200 до 1000 рублей (зависит от вида наркотика и города). В сутки «минеры» могут делать 10-20 закладок, за месяц выходит от 150 тысяч рублей и более.

Объявление по набору закладчиков наркотических веществ

Больших денег накопить не удается – арест неизбежен, причем в короткие сроки.

Как обезопасить собственный дом от закладчиков

Как вычислить закладчика:

  • незнакомый человек крутится во дворе или возле дома;
  • дверь подъезда брошена открытой;
  • перерытые клумбы, перевернутые горшки с цветами;
  • пустые пакетики на земле;
  • плохо закрытые дверцы электрических щитов;

Если есть подозрение, сразу нужно звонить в полицию.

Подозрительный человек во дворе который может быть закладчиком

Желательно снять видео с подозрительным человеком.

Заключение

Распространение наркотиков посредством закладок – опасное занятие. Если задержали закладчика, при нем почти всегда есть доза наркотика, и этого достаточно для ареста. Соблазн заработать легкие деньги оборачивается поломанной жизнью после серьезного срока в тюрьме.

«Сел в двадцать, выйду в тридцать»: как молодые люди становятся закладчиками наркотиков

«Ребёнок никогда не исчезал. Всегда звонил сообщал, где он. А тут уже целые сутки как пропал. Телефон выключен. И ни девушка, ни друзья его ничего не знают. И одна мысль: главное, чтобы был жив», — начало своего ада все матери описывали примерно одинаково. Страшное неведение прерывается иногда лишь на третий день. Как правило, звонком назначенного государством адвоката, который сообщает, что сын — наркодилер, задержан за сбыт запрещённых веществ в крупном размере. Грозит минимум десять лет заключения.

«Когда сына задержали в октябре 2017 года, ему было 19 лет. Учился на втором курсе иняза при Удмуртском госуниверситете. Ну где он — и где сбыт наркотиков!» — вспоминает Вера, мать П. из Ижевска. И тут у всех родителей мысли одинаковы: от «это какое-то недоразумение» до «подставили-подбросили». «Мой ребёнок не мог!» — звучит в голове. А дальше они встречаются с ребёнком в изоляторе временного содержания или уже в суде при назначении меры пресечения. И испытывают новый шок. Ведь оказывается, что всё это правда. Сын признаётся родителям: пытался подзаработать денег в качестве курьера-закладчика. «Но почему? Он ведь сам никогда не употреблял! Как такое могло случиться?!» — ответы на эти вопросы мы попытались найти вместе с родителями.

Канал сбыта

Сколько таких закладчиков? Судя по масштабам наркомаркетинга, только в 700-тысячном Ижевске их должны быть сотни. При этом Ижевск для репортажа выпал совершено случайно — картина по всей стране примерно одинакова. Даже в столице.

Работа курьера-кладмена якобы проста: взять оставленную заранее мелкооптовую закладку, расфасовать, разложить по району и прислать в магазин фотографии с координатами. Вербовка закладчиков помимо прочего идёт и с помощью объявлений-трафаретов. Но вот о том, чем может грозить такая работа, в объявлениях не пишут.

  • Жильём работодатели действительно обеспечивают — многих на срок десять лет
  • © Алексей Боярский / RT

Вооружившись баллончиками краски, вместе с волонтёрам ижевского отделения всероссийского движения «Стопнаркотик» мы идём в рейд по закрашиванию рекламы.

«Сегодня работаем в Индустриальном районе — жители улицы Кунгурцева сообщили, что там несколько дней назад появилось около трёх десятков трафаретов», — на ходу объясняет руководитель отделения Владимир Панин.

Впрочем, когда мы прибыли на место, большая часть надписей оказалась замазана коммунальщиками. Оставшиеся уничтожили мы. Увы, ненадолго — через несколько дней они появятся снова.

  • Владимир Панин (на фото справа) сожалеет, что закрыть доступ к самим онлайн-ресурсам значительно сложнее, чем замазать их рекламу
  • © Алексей Боярский / RT

Позже, гуляя по городу и присматриваясь, я обнаружил наркотрафареты по всему Ижевску — не только во дворах, но и даже на центральных улицах. Например, прямо рядом с главной местной достопримечательностью — Музеем Калашникова. Ещё раз замечу, Ижевск тут не уникален — в центре Москвы можно встретить такую же рекламу нелегальных ресурсов.

«Я не палач, а только точу топор»

Просторная квартира с евроремонтом в новом доме. У П. отдельная комната: фотообои с ночным городом, стильный компьютерный стол, приятные книги, портрет Цоя, на полу гантели и сумка с учебниками. На широкой застеленной кровати развалился огромный рыжий британский кот Алекс. Мама — экономист, неплохо зарабатывает. Учёба в инязе, два языка. В планах дипломатическая карьера. Никакой дурной компании — все друзья из приличных семей, студенты.

  • Кот Алекс, которому теперь досталась в полное распоряжение комната П., скучает по хозяину
  • © Алексей Боярский / RT

«Это всё из-за его новой девушки, — спустя уже полтора года после задержания П. его мама хоть и смахивает слёзы, но держится спокойно. — Она мне не понравилась. И когда они решили жить вместе, сказала, что к нам не пущу. А девушка требовала от него снять квартиру. Кольцо хотела. Раскручивала на какие-то подарки, развлечения. А ведь понимала, что он студент. Как только его арестовали, сразу исчезла, даже не звонит».

Исправительная колония №5 (ИК-5), где сидит П., — в городе Сарапуле в 60 км от Ижевска. Это зона строгого режима. Сюда отправляют первоходов, осуждённых за тяжкие преступления. Закладчики сидят вместе с убийцами, насильниками.

Несколько лязгающих дверей-решёток — и мы на территории за забором с колючей проволокой. Проходим через жилую зону, разбитую сеткой на секторы отрядов. Как раз в этот момент у осуждённых заканчивается прогулка — люди в чёрных робах вышагивают туда-обратно по голому асфальту внутри огороженных площадок примерно 10 на 10 м.

Интервью с П. состоялось прямо на его рабочем месте в банно-прачечном комплексе. Студент иняза (П. официально находится в академическом отпуске) на швейной машинке ремонтирует постельное бельё и одежду.

По словам П., началось с того, что ему понадобились деньги. Понятно, с голоду не умирал. Да и родители что-то выдавали на карманные расходы. Но, во-первых, брать у мамы — в любом случае удар по самолюбию, а во-вторых, на аренду квартиры (в Ижевске однушка — 12 тыс. рублей в месяц) и прочие атрибуты взрослой жизни сумма нужна явно большая, чем на мороженое.

«Была некая зависть к ровесникам, которые уже жили самостоятельно, были финансово независимы от родителей. Пытался устроиться в McDonald’s и KFC, но из-за хронического заболевания не взяли. Некоторое время подрабатывал репетитором по английскому — 200—350 рублей в час. Потом разместил объявление на Avito «Студент ищет работу в вечернее время», — рассказывает осуждённый П. — Приходили предложения из серии «грузчик» или «помощник кого-то там», но зарплата даже до 12 тыс. рублей недотягивала».

И однажды пришло предложение работы курьером из серии «денег много, а времени тратить мало». В качестве контакта был указан анонимный пользователь Telegram. Речь шла о доставке курительных смесей.

«Вербовщики говорили, что эти смеси легальны (легальных давно нет, спайсы запретили в 2015 году. — RT). А если вдруг среди них попадётся наркотик, то светит лишь условный срок — как за хранение небольшой дозы. Мол, если ты не отдаёшь в руки, то распространителем не являешься. Типа твоя закладка — это способ хранения для себя, как бы так тебе удобно», — вспоминает П.

За одну закладку обещали 150—250 руб. в зависимости от срочности и района.

«За пару часов дома нафасовал, потом отъехал в район и ещё за пару часов разбросал около 30 пакетиков. Кинул в траву, сфотографировал, отправил фото с координатами — и дальше идёшь», — объяснил другой арестованный закладчик, попросивший не называть своё имя.

А что же насчет морально-этического обоснования?

«Операторы магазина говорили, что никому насильно не впариваем. Есть спрос, а мы просто предоставляем возможность. Вот тут я и договорился со своей совестью. Типа я не палач, а только точу топор…» — объясняет П.

Вариант без залога

Для получения мелкооптовой закладки курьеру необходимо перевести магазину залог. В этом случае анонимность сохраняется. Сидящий в том же ИК-5 «коллега» П., такой же безденежный студент Артур Ш., в аналогичной ситуации взял для залога в микрокредитной организации под гигантские проценты 7 тыс. рублей. Отбить их не успел — попался на первой же закладке. Ещё до суда долг достиг 20 тыс. рублей — их пришлось выплачивать родственникам.

П. же предпочёл вариант без залога, но с раскрытием личности: отправил фото cо своим паспортом. В ответ пришли координаты места. В клумбе у подъезда дома под кустом лежал замотанный в изоленту свёрток размером с теннисный мячик. Вместе с порошком внутри нашлась подробнейшая инструкция: какие весы купить, как фасовать и упаковывать, как закладывать, фотографировать. Отдельно описывалась схема поведения на случай общения с полицией (на практике абсолютно неработающая).

«Нафасовал 20 пакетиков и поехал раскладывать в район Металлург, — вспоминает П. — Разбросал по клумбам в каком-то дворе, начал вносить данные в телефон. И тут меня заметил жилец дома, вышедший покурить на балкон. Выскочил, скрутил меня, отнял телефон и сказал, что отдаст только полиции, которую тут же и вызвал. Наверное, я был не первый, кого он увидел в своём дворе». Подобный вариант задержания закладчиков весьма распространён. Местные жители, уставшие от людей, снующих в поисках закладок у детских площадок, разрывающих клумбы под окнами, всё активнее сотрудничают с полицией.

«В отделе на меня надели наручники. Ладно, думаю, продержат часа три-четыре, отпустят домой, а потом суд даст условный срок. Примерно так мне описывали кураторы-работодатели. А оказалось, что по статье УК 228.1, которую я к тому моменту так и не прочитал, мне по пункту «г» светит от 10 до 20 лет реального срока за сбыт в крупном размере! — рассказывает П. — Оперы тогда заметили, что таких, как я, ежедневно берут пачками. Только тогда понял, какой я наивный. Сразу прикинул: если считать по среднему — 15 лет, то выйду только в 34 года».

Крупный размер для наркотиков, за который дают от 10 до 20 лет, вопреки представлениям, не тонна и даже не килограмм. Например, в случае с героином крупный начинается от 2,5 г, экстази — от 3 г, а JWH-018 (синтетический каннабиоид, компонент спайса) — вообще от 0,05 г.

П. дали два с половиной года. Суд принял во внимание признание вины, сотрудничество со следствием, раскаяние. Возможно, и придуманную П. просветительскую программу «Закладчик: другая сторона» (о ней ниже). Но это действительно уникальный случай, средний срок у сидящих по наркотической статье 228.1 в ИК-5 — семь лет.

«Курьер живёт не больше двух месяцев»

«Гуляли с моей девушкой, зашёл разговор, и я сказал, что не представляю, как люди сидят по десять лет, — делится Артур Ш. — В голову не приходило, что через короткое время сам окажусь в зоне со сроком десять лет. Когда меня арестовали, мне было 20 лет. Сегодня уже 23, но время остановилось — я как будто тот, которому 20. Надеюсь, конечно, на УДО, хотя по моему пункту статьи оно всё равно лишь через 3/4 срока. А если по полной, то выйду отсюда в 30 лет».

«Большинству закладчиков, которые нам попадались, до 25 лет. Их вербовка идёт в соцсетях, мессенджерах — буквально спамом рассылаются сообщения, — рассказывает оперативник Управления по контролю за оборотом наркотиков МВД по Удмуртской Республике. — Иногда врут, что речь идёт о чае, спортивном питании».

На сайтах крупных магазинов наркотиков в даркнете (теневой сегмент интернета, куда можно попасть с помощью специального программного обеспечения), где пасутся покупатели, есть и разделы «работа». Но наркоманы, которых полиция вычисляет просто по глазам, и прочие маргиналы в качестве закладчиков дилерам малоинтересны. Они ненадёжны. Куда ценнее ребята, ведущие здоровый образ жизни. Таких, по наблюдениям оперативников, среди закладчиков около 50%. И один раз попробовав, получив за три дня деньги, соизмеримые со средним месячным заработком в их регионе, соскочить уже не могут.

«Скопил деньги, собирался открыть свою точку продажи кроссовок. Каждый раз думал, что всё, делаю последнюю закладку и бросаю. Но не успел», — рассказал один из бывших закладчиков.

По оценке лидера движения «Антидилер» Дмитрия Носова, 95% курьеров попадаются в первые два месяца. Кладмены для магазинов просто расходный материал, обновляемый ежедневно.

228-я статья прозвана сегодня народной — по ней получают наказание четверть всех осуждённых в России. Сложно сказать, какая доля приходится на закладчиков, но в любом случае это десятки тысяч.

«Когда от торговли из рук в руки перешли к онлайн-продажам и закладкам, затруднения в нашей работе были лишь в первый момент, — комментирует оперативник. — Зато сегодня, когда с этим разобрались, задерживать за сбыт стало даже проще, чем раньше».

Бдительные граждане и случайные полицейские проверки — далеко не единственный риск попасться с поличным. «Приехал в лесополосу на своей машине, — рассказывает 22-летний Максим. — Вообще никого вокруг не было. Прошёл по тропинке, разложил экстази и вернулся к машине, в которой ещё оставался груз. Только завёл двигатель, как мгновенно меня заблокировали спереди и сзади автомобили оперативников. Сразу выволокли из машины, надели наручники. Всё за какую-то секунду… И жизнь переломилась за секунду».

Как выяснилось, Максим уже больше месяца был в разработке — оперативники ждали удобный момент, чтобы задержать с неопровержимыми доказательствами: закладками, их фотографиями в телефоне, экстази в машине. А заодно кадрами оперативной видеосъёмки.

«Полицейские сегодня используют те же высокие технологии, хакерские методики — отслеживают активность на сайтах магазинов, мониторят переписку с закладчиками», — объясняет Дмитрий Носов.

Однако отсутствие внятных улик вовсе не гарантирует, что связавшийся с наркотиками не получит срок.

«Даже если полицейские допускают, что этот человек не закладчик, а, наоборот, покупатель, пришедший забрать свою покупку. И тем более если они видят в нём зависимого наркомана. Чтобы достать деньги на дозу, он вынужден совершать преступления — представляет общественную опасность, — объясняет адвокат, попросивший не называть его имя. — Поэтому к наркотикам и тем, кто их употребляет, покупает и тем более продаёт, даже близко подходить рискованно».

«Удар под дых, и воздуха нет»

«Первый раз после задержания я встретился с родителями на суде при выборе меры пресечения, — вспоминает П. — Мы смотрели друг на друга через решётку. И это жуткая вина перед родителями».

Жизнь родителей точно так же разделилась на «до» и «после».

  • Мама П. в первую очередь винит себя
  • © Алексей Боярский / RT

«Когда мне утром позвонил назначенный от государства адвокат и сообщил, что сын в изоляторе, для меня это было как удар под дых — сразу не стало воздуха», — описывает свои чувства Светлана, мама Максима.

Первые месяцы все вспоминают как фантасмагорию, когда невозможно ни спать, ни есть, ни работать. При этом необходимо бороться — приложить все усилия, чтобы дали минимальный срок.

«Услуги адвоката стоили больше миллиона — пришлось продать автомобиль», — рассказала одна из мам.

Передачи в СИЗО. Потом в зону. Свидания на строгом режиме раз в полгода. А между ними раз в неделю 15-минутные разговоры по телефону через систему с официальным названием «Зонателеком».

Через какое-то время острота боли у родителей проходит. Но всё больше нарастает ощущение собственной вины. Да-да, все родители, послав проклятия «не той» девушке или втянувшему другу (и такие истории есть), в первую очередь начинают винить себя. Все осознают, что не вникали должным образом в проблемы детей, что слишком рано выпустили в самостоятельную жизнь, посчитали взрослыми. Почти все из упомянутых в этом материале закладчиков в возрасте 20 лет уже жили отдельно от родителей, как правило, в съёмной квартире или общежитии. Иногда вообще в другом городе. И пытались заработать на жизнь самостоятельно.

  • Идиллическая картина, если не знать, что молодой папа находится на домашнем аресте и ждёт приговора. Велика вероятность, что ближайшие несколько лет семья папу не увидит
  • © Алексей Боярский / RT

«Окончил техникум по направлению «информационные технологии». А на работу устроился менеджером по продажам торгового оборудования. Зарплата — 15—25 тыс. рублей в месяц. На эти деньги и одному-то не особо, а я женился, жена беременная (сын родился уже после ареста. — RT). Просить у родителей не хотелось», — объясняет Максим.

Сам Максим жил в Ижевске, а родители — за 190 км, в райцентре.

«Спрашивала, нужны ли ему деньги. Но он говорил, что хватает, что всё в порядке, нормально работает. Сейчас понимаю, что нужно было посмотреть на всю ситуацию внимательнее», — вздыхает его мама Светлана.

С тем, что в первую очередь виноваты родители, согласна и Елена Белова, директор техникума, который окончил Максим: «Даже обеспеченные родители порой занимают такую позицию: «Мой ребёнок взрослый, он хочет работать, так пусть работает» или «Пусть сам платит за своё обучение» (в техникуме нет бюджетных мест. — RT). Совершенно абсурдная идея! А какой он взрослый в 16 лет? И они позволяют детям работать официантами в ночных кафе, сторожами, где их даже официально не оформляют. Подростки в итоге попадают в пагубную среду. И вот это сочетание — пагубная среда вместе с желанием быстро заработать — и приводит к нехорошим последствиям».

В первую очередь в группе риска те, по сути, дети, которые приехали учиться из других мест и живут без родителей. «Среди осуждённых (несовершеннолетних по ст. 228. — RT) — в основном студенты учреждений среднего профессионального образования, большинство приехали из сельской местности и проживают в общежитиях, — комментирует Вероника Малькова, подполковник, начальник отделения организации деятельности подразделения по делам несовершеннолетних МВД Удмуртии. — И наблюдается тенденция: в сбыт наркотических средств вовлекаются дети, ранее не попадавшие в поле зрения МВД, — дети из вполне благополучных семей. Их цель — быстрые деньги».

«Здравствуйте, я бывший кладмен»

Зачастую среди молодёжи отношение к наркотикам весьма лояльное. Заметная часть потребителей отнюдь не зависимые наркоманы. Обычные ребята, которые покупают вещества время от времени — на вечеринки, в ночные клубы. И, покупая, не видят по крайней мере моральных препятствий, чтобы подзаработать на продаже. Даже те, кто сам ни разу не пробовал курительную смесь или экстази, перенимают это отношение. Плюс молодёжь без жизненного опыта легко верит и в байки про «друга, который этим давно занимается и уже квартиру купил», и в прочие мифы, подогреваемые массированной рекламой наркомагазинов. Напротив, какие-то разумные предостережения от взрослых пропускаются мимо ушей как привычные нравоучения. И как это переломить?

«Здравствуйте, я бывший кладмен. И мне сейчас светит до 20 лет заключения», — после этой фразы вышедшего на сцену ровесника скучающая аудитория студентов мгновенно просыпалась.

Этот парень — П. Тот самый студент, с которым мы встретились в банно-прачечном комплексе ИК-5.

В Удмуртии к антинаркотической пропаганде подошли весьма креативно — поддержали идею бывшего закладчика на своём примере предостеречь других. Пока П. до вынесения приговора сидел на домашнем аресте, придумал программу «Закладчик: другая сторона». С разрешения суда выступал перед студентами, разработал листовки и прочие информационные материалы.

  • Памятки-предостережения, написанные бывшим кладменом, действительно цепляют
  • © Алексей Боярский / RT

«Мы выбирали аудиторию первокурсников — основная группа риска, те, кто только оторвался от маминого подола, — рассказывает поддержавшая программу Ольга Авдеева, уполномоченный по правам ребёнка при главе Удмуртской Республики. — П. просто рассказывал свою историю. Говоря их языком, как лоханулся. И это производило очень сильное впечатление. П. говорит, что планирует продолжить эти выступления после освобождения».

К участию в программе П. сейчас присоединились и некоторые другие осуждённые закладчики — разрабатывают новые информационные материалы. А перед аудиторией — и детьми, и родителями — пока выступают их матери. И возможно, кого-то они уберегут.

«Я отбываю срок за закладки» «Если бы я знал, то ограбил бы ювелирную лавку или банкомат»

В редакцию журнала «The Village» Екатеринбург анонимно обратился молодой человек, который сейчас отбывает свой срок в одной из российских колоний за то, что однажды решил получать легкие деньги и полтора года работал закладчиком в двух городах. В большом интервью он поделился историей знакомства с миром наркотиков и российских колоний, а также рассказал, как устроена индустрия торговли наркотиками и почему в нынешнем виде статья 228 УК РФ наносит стране больше вреда, чем пользы.

ИСКЛЕЙМЕР: Редакция The Village не поддерживает поступки и убеждения героя. Незаконные производство, сбыт и пересылка наркотиков регулируются Уголовным кодексом и наказываются лишением свободы на срок до 15 лет. Этот текст стоит прочесть всем, кто думает, что заработать на наркотиках можно много, легко и без последствий.

Знакомство с наркотиками

Я родился в самой обычной семье: мать, отец, сестренка. Родители старались воспитать меня добрым, щедрым и трудолюбивым. Если с добротой и щедростью у них что-то и получилось, то с трудолюбием — точно нет. С самого детства я старался избегать трудностей. Никогда не любил работать и всегда хотел получить все и сразу, прикладывая при этом минимальные усилия.

Мне всегда было интересно попробовать покурить траву. Впервые такая возможность появилась в 16 лет. Я встречался с девушкой, которая жила в самом опасном районе города и имела знакомых, через которых можно было купить что-нибудь. Мы купили грамм — как я тогда думал, грамм травы. Только через полгода узнал, что на самом деле нам подсунули спайс. Но тогда я ничего не понял, ведь курил впервые.

После школы из своего маленького городка я переехал в Санкт-Петербург. Там с наркотиками все проще: они практически повсюду, и если ты их ищешь, то обязательно найдешь. С 16 лет до сегодняшнего дня я почти все время курил гашиш или траву. Но были и периоды, когда я сидел на более жестких наркотиках.

Соль убивает в человеке все человеческое. Остается только одно: стимул найти еще, чтобы ********* снова

Сначала это был фен — амфетамин, который я впервые попробовал во время рейва на открытом воздухе. Мне понравилось, и на фен я подсел довольно плотно. Я работал в сфере продаж, и наркотик помогал раскрепоститься и находить общий язык с незнакомыми людьми. Я употреблял его почти каждый день примерно на протяжении года, пока в моей жизни не появилась соль. Это был ****** . Соль убивает в человеке все человеческое. Остается только одно: стимул найти еще, чтобы ********* снова. Никогда не пробуйте соль, если не хотите закончить, как последний…

Сейчас я переосмыслил свое отношение к наркотикам, и стимуляторы больше не вызывают у меня тяги к ним. Из всего, что я пробовал, на данный момент курю только гашиш и траву — в общем, природный кайф. Он помогает расслабиться. Но, как бы ни убеждал себя, что трава — это не наркотик, что от травы никто не умирал, что она не несет вред, она вызывает привыкание, как алкоголь или сигареты. Когда ты накурен, все вокруг становится лучше: еда вкуснее, музыка красивее, кино интереснее. И это затягивает. Когда куришь много, учишься держать себя в руках, контролировать себя и, в принципе, можешь посреди дня, находясь на работе, скурить пару плюшек гашиша и сохранить работоспособность.

Деньги

В самый сложный период моей жизни, когда я употреблял соль, я жил вместе со своим приятелем. Мы вместе платили за квартиру, вместе покупали наркотики, вместе их употребляли. Приятель работал закладчиком, а у меня была хорошая работа и управляющая должность, но постепенно наркотики стали занимать 100 % моего времени, и я уволился.

Нужно было как-то себя обеспечивать, поэтому я стал помогать приятелю делать закладки. Так я узнал о том, что есть работа, которая может принести довольно большую прибыль при минимально приложенных усилиях. Тогда я не работал официально и получал 20 % от зарплаты друга. Спустя какое-то время решил завязать с тяжелыми наркотиками и попытался вернуться к обычной жизни, но снова устраиваться на работу, снова начинать свой путь с самого низа совсем не хотелось.

Магазинам постоянно нужны новые рабочие руки, потому что в основном закладчики — это тупые наркоманы, которые не заморачиваются о безопасности и очень быстро садятся в тюрьму

Я уже привык к тому, что у меня всегда есть деньги, и не был готов вкалывать за гроши. Я хотел получить много и как можно быстрее, поэтому стал рассматривать вакансии закладчика. Я постоянно покупал закладки, поэтому хорошо знал, как работает индустрия и к кому нужно обратиться. Выбрал магазин, который торгует в основном легкими природными наркотиками — травой, гашишем, — и меня взяли на работу. Магазинам постоянно нужны новые рабочие руки, потому что в основном закладчики — это тупые наркоманы, которые не заморачиваются о безопасности и очень быстро садятся в тюрьму. Грубо говоря, закладчики — это расходный материал. Мне удалось проработать закладчиком больше полутора лет.

Индустрия

Сейчас в российском интернете есть две основные площадки по торговле наркотиками — Legal и Hydra. Legal продает синтетику: спайс, соли и подобную дрянь, а на Hydra есть все остальные наркотики на любой вкус и цвет: от марихуаны до кокаина, героина и ЛСД. В свое время я успел поработать и там и там. Между двумя этими площадками я обнаружил огромную разницу как в отношении к клиенту, так к своим сотрудникам: на Legal большинство покупателей — это никчемные люди, которым уже ничем не помочь, и относятся к ним как к биомусору, а Hydra намного профессиональнее.

У каждого магазина есть свод правил: как нужно себя вести, чтобы не попасться полицейским, что делать, если все-таки тебя приняли. Если аккуратно соблюдать инструкцию, в принципе, можно проработать достаточно долго. Ни для кого не секрет, что работа магазинов наркотиков построена на принципе анонимности. Как закладчик ты не знаешь ни других закладчиков, ни оператора, ни владельца магазина. Ты знаешь только их цифровое имя, никнейм, но даже не догадываешься, мужчина это или женщина. Анонимность гарантирует безопасность владельцу магазина и другим сотрудникам, ведь если тебя примут, то начнут допрашивать и пытаться выяснить, на кого ты работал. Если ты никого не знаешь, то никого не сможешь выдать.

Если ты работаешь закладчиком, твой рабочий день выглядит следующим образом. Сперва ты забираешь оптовый клад — так называемый мастер-клад, в котором лежат разные наркотики (к примеру, 50 граммов гашиша и 20 граммов амфетамина). После того как забираешь мастер-клад, получаешь задание, как именно нужно расфасовать товар. После этого отправляешься делать закладки.

Само трудоустройство выглядит так: ты вносишь на счет работодателя залог — определенную сумму (допустим, 5 тысяч рублей) и получаешь на эту сумму наркотики. За 5 тысяч тебе дают 30 граммов марихуаны. Когда забираешь 30 граммов в виде единой закладки, то получаешь задание: например, расфасовать вес на 30 пакетиков по одному грамму. После того как делаешь первые 30 закладок, специальный человек проверяет качество работы.

Анонимность гарантирует безопасность владельцу магазина и другим сотрудникам: если ты никого не знаешь, то никого не сможешь выдать

Если закладки оказываются в указанных местах, работодатель увеличивает кредит доверия: в следующий раз тебе дают уже не 30 граммов, а 50, в третий раз — 70. Стартовый депозит не возвращается, но отбивается с первой зарплатой. В магазине, где я работал, кроме товара на продажу, мне давали по пять-десять граммов сверху для личного употребления. Меня это полностью устраивало. Работодатели стараются заботиться о своих сотрудниках и помогать по мере возможности. Когда мне понадобилось сменить город, мне оплатили проезд, помогли заплатить за квартиру.

Самым главным в моей работе было серьезно относиться к безопасности: никогда не появляться на одном и том же месте чаще двух раз в месяц, не снимать деньги в одних и тех же банкоматах, не покупать слишком дорогие вещи, чтобы не вызывать лишних вопросов. Важнее всего — цифровая безопасность. Когда я делал закладку, сразу же надиктовывал шепотом на диктофон в телефоне, а записи хранил в зашифрованной папке. На компьютере использовал различные виды шифрования и двухфакторную авторизацию.

Важно было контролировать, как именно мне переводили зарплату — именно в этот момент шансов спалиться было больше всего. Если бы на карту пришло 50 тысяч рублей, на следующей неделе — еще 60, а затем — еще 100, налоговая служба наверняка мной заинтересовалась бы. Поэтому я получал зарплату в биткоинах и выводил на карту маленькими суммами по 5–10 тысяч рублей. Биткоины отследить довольно проблематично, поэтому в плане финансовой безопасности у меня все было в порядке.

Рабочий день

В среднем я делал по 30–40 закладок в день, но работал не каждый день, а два-три раза в неделю — все остальное время отдыхал. Это было мое решение: я не жадничал, не гнался за слишком большой зарплатой. Денег мне хватало, чтобы заплатить за квартиру, купить одежду, еду, сходить в бар или в клуб, купить себе наркотиков. У всех работодателей условия оплаты различаются: за одну закладку я получал минимум 800 рублей. Если вес закладки был больше грамма, то платили больше: за пять граммов я получал тысячу, за десять — полторы. При желании можно было зарабатывать гораздо больше. Чем больше работаешь, тем больший вес тебе доверяют. При желании можно одному выполнять работу десяти закладчиков и получать огромные деньги.

Существует мнение, что закладки, сделанные за чертой города, где-нибудь на трассе или в лесу, надежнее, чем закладки, сделанные в центре. Возможно, отчасти это правда, ведь за городом обычно практически никого нет — ты можешь поехать искать закладку под покровом ночи. Лично мне никогда не нравились закладки за городом, потому что у меня не было своего автомобиля и добираться до мест было проблематично. Приходилось вызывать такси и просить таксиста высадить меня где-нибудь на трассе — обычно он смотрел на меня как на дебила. Был риск, что однажды таксист поймет, зачем в три часа ночи мне понадобилось ехать в лесной массив за городом, и вызовет полицию.

Был риск, что однажды таксист поймет, зачем в три часа ночи мне понадобилось ехать в лесной массив за городом, и вызовет полицию

Я всегда старался ставить себя на место покупателя, вспоминать свой опыт покупки закладок и делать их в местах, откуда их было проще забрать. Работал в основном либо в центре города, где-нибудь в оживленных местах, либо в спальных районах. Достаточно было просто неприметно одеться, слиться с толпой и перемещаться по улице, не привлекая внимания. В основном я либо закапывал клады возле домов рядом с какими-то опознавательными знаками, чтобы клиенты без проблем могли их найти, либо цеплял на магниты на металлическую поверхность, которая не бросается в глаза и куда вряд ли полезет кто-нибудь, кроме клиента. Мне было проще слиться с толпой, потеряться и незаметно сделать закладку в центре города, чем в одиночестве где-то в лесу.

Магазинов наркотиков очень много, и конкуренция между ними очень большая. В основном клиенты берут закладки либо у тех, у кого они уже покупали, либо на основе отзывов других покупателей, поэтому за обратной связью тщательно следят. Если ты сделал закладку, но клиент приехал на место, не нашел ее и предоставил магазину доказательства того, что он искал, то потерянный клад тебе не оплатят. Это дает стимул делать клады более качественными и надежными, чтобы их не могли найти случайные люди или «чайки» — халявщики, которые ищут чужие клады.

Сама работа занимала несколько часов в день, но очень сильно выматывала морально. Когда я возвращался домой, я чувствовал такую усталость, будто с утра до вечера разгружал вагоны. Больше я не чувствовал ничего, но каждый день радовался, что сегодня меня не закрыли. Приходилось постоянно врать окружающим про фейковую работу и делать вид, что я работаю в банке и неплохо зарабатываю. Я очень люблю своих родителей, и мне было больно обманывать их каждый день. Я очень рад, что это наконец закончилось.

Разоблачение

На грани разоблачения я оказывался несколько раз. Перед тем как работать, я изучал район в гугл-картах и прикидывал примерный маршрут — так, чтобы поблизости не было отделений полиции. Однажды халатно отнесся к работе и поехал в незнакомый район без подготовки. Сделал закладку под лестницей, а как только только поднялся — из двери вышло восемь сотрудников полиции. Я думал, что меня спалили, и уже готовился бежать — было очень страшно. Но они просто прошли мимо, и только потом я увидел на стене большую табличку с надписью «Полиция».

Попался я в итоге по своей глупости и жадности — уже в другой день. Сотрудников полиции я увидел издалека, когда забирал мастер-клад за городом. У меня была возможность выбросить вес, но я решил, что все обойдется, но они почему-то решили досмотреть меня. Это не было наводкой, я не был у них в разработке, просто именно в этот день они решили подойти ко мне и провести плановый досмотр. В моем кармане нашли пакет с целой кучей наркоты.

Мне было проще слиться с толпой, потеряться и незаметно сделать закладку в центре города, чем в одиночестве где-то в лесу

Воспоминание о том моменте до сих пор остается самым ярким в моей жизни. Я чувствовал огромный всплеск адреналина и пытался быстро сообразить, как выбраться из ситуации. Вырвал пакет из рук полицейских и выкинул его, потому что знал, что если нет вещественного доказательства, то им будет трудно что-то предъявить мне. Это не помогло — они нашли пакет.

Это были обычные рядовые сотрудники патрульно-постовой службы, поэтому первым делом я предложил им взятку. Хотя денег в тот момент у меня и не было, я знал, что если мне дадут хотя бы пару часов, то я смогу выйти на связь со своим работодателем. Я был уверен: если я обрисую ситуацию, он поможет и даст мне любую сумму, которую я бы потом отработал. Работодатель изначально предлагал поступать именно так в чрезвычайной ситуации: пытаться дать взятку, связываться с ним. К сожалению, мне попались неподкупные полицейские, и возможность освободиться за деньги мне предоставить отказались.

Сидя в тюрьме и анализируя истории своих сокамерников, я могу сказать, что как минимум 70 % из них полицейские били при задержании. Но я сам по себе очень худой, и, возможно, поэтому мне просто побоялись сломать что-нибудь и физически практически не трогали. Только в тот момент, когда отнял у них пакет, я получил пару раз по почкам и в дыхалку, но это совсем мелочи.

Обезьянник

В первый день меня привезли в обезьянник — это был просто ****** . Меня закрыли в крохотную камеру, где на полу лежали два грязных матраса. На одном спал бомж, на другом сидел какой-то алкаш. Как только меня закрыли, я стал добиваться того, чтобы мне дали совершить один звонок. Мне выделили ровно минуту, но запретили рассказывать, что произошло на самом деле. Я позвонил своей девушке и сказал, что меня задержали за хулиганство, попросил передать это моим родителям. Мне было очень стыдно: я хотел убить себя и не представлял, как произошедшее переживут мои родители.

Я боялся, что полицейские поймут, что я не простой наркоман, а закладчик: законодательство нашей страны предполагает очень разные наказания за хранение и за распространение наркотиков. За хранение я получил бы три года, а за распространение — минимум десять, поэтому сразу стал строить из себя торчка и заявил, что готов сотрудничать со следствием, готов рассказать все, лишь бы они меня отпустили.

В обезьяннике мой мозг активизировался на 200 %. С лихорадочной скоростью обдумывал варианты, представлял, какие могут повлечь последствия те или иные действия. И выбрал самый правильный вариант — решил ничего не отрицать и просто молчать, сославшись на 51-ю статью Конституции, согласно которой я имею право не свидетельствовать против себя. Разумеется, полицейские пытались всеми возможными путями добиться того, чтобы я признался в распространении. Я настаивал на своем, но было трудно — вес был слишком большим, около 150 граммов. Придумал легенду, что я наркоман и купить кучу разных наркотиков однажды мне проще, чем каждый день подвергать себя риску.

Когда я упал, он приставил заряженный пистолет к моей голове и сказал, что если сейчас не признаюсь в том, что я барыга, он вышибет мне мозги

Во вторую ночь в отделении ближе к полуночи ко мне пришел оперативник и сказал, что мы едем на следственные действия. Он привез меня в лес — в место, где меня приняли, и отвел меня от трассы на 300 метров — так, чтобы с дороги нас никто не мог увидеть. Я шел впереди, и внезапно оперативник, который был сзади, ударил меня по внутренним сторонам коленей. Когда я упал, он приставил заряженный пистолет к моей голове и сказал, что если сейчас не признаюсь в том, что я барыга, то он вышибет мне мозги. Странно, но я даже не испугался. Я понимал, что это просто психологическое давление и стрелять он не будет. Я закричал ему в лицо, что всего лишь хотел курнуть и врать не собираюсь, так что пусть стреляет. Он молча двинул мне в челюсть кулаком, поднял на ноги, и мы вернулись в машину.

Позднее, сидя в камере на следующее утро, я услышал, что в течение 30 минут должны приехать другие сотрудники и забрать меня в ИВС. В тот же момент за мной зашел тот самый оперативник и повел к себе в кабинет. Закрыл дверь на замок и стал на меня орать, угрожая «посадить на швабру и пустить в тюрьме слух, что я дырявый». Я понимал, что он не станет ничего делать, потому что за мной должны были вот-вот приехать, и просто сидел молча.

Когда, наконец, подоспел негосударственный адвокат, которого мне нашли близкие, сперва он испугался того, что я мог наговорить лишнего и уже ничего нельзя будет исправить. Как оказалось в итоге, я все сделал правильно. Я сразу понял, что меня посадят: вариантов соскочить и выйти на свободу у меня не было. Моей задачей было сесть не на десять лет, а на три года.

СИЗО

Этап следствия — это как очень-очень сложный экзамен продолжительностью в несколько дней. Ты стараешься перехитрить мусоров, а они — тебя. Так вышло, что у меня было две квартиры: одна в одном конце города, а вторая — в другом. Когда во время заполнения документов меня спросили адрес проживания, я назвал тот, где точно не могло быть никаких наркотиков, в то время как в моей основной квартире они могли найти улики.

Во время осмотра моего телефона оперативник обнаружил историю заказов такси и таким образом вычислил, где я жил на самом деле, но ключей с собой у меня не было. Меня привезли домой в наручниках — было забавно встретиться с соседями и увидеть, как их просят быть понятыми, когда только вчера ты мило беседовал с ними на лестничной площадке. Полчаса мы ждали, когда моя девушка приедет и откроет дверь, — все это время мне хамили, в мой адрес сыпали угрозами. Было интересно наблюдать, как резко менялось поведение сотрудников: когда они увидели девушку, стали милыми и вежливыми.

Если в одном лагере ты маршируешь и получаешь ***** , то в другом можешь целый день спать, а вечером сидеть в телефоне и есть пиццу и роллы, покуривая наркотики

На время следствия меня отвезли в СИЗО. Все время, что находишься в СИЗО, не видишь свежего воздуха. По закону у каждого осужденного или подозреваемого есть право на ежедневную как минимум часовую прогулку на свежем воздухе, но на деле нас просто приводили в камеру побольше.

Меня удивило, насколько быстро и легко государство ставит на человеке крест. Когда находишься в СИЗО и до того момента, пока приговор не вступил в законную силу, ты еще не преступник. Ты только подозреваемый по делу, но отношение к тебе сотрудников тюрьмы такое, будто ты серийный убийца, который насиловал и убивал детей. Мать едет к тебе с 20-килограммовой передачей из другого города, чтобы отдать еду, выстаивает пятичасовую очередь и слышит: «Извините, но в заявлении вы неправильно написали одну букву — приходите в другой раз».

Тюрьма

Мне повезло, что я попал в такую колонию, где отношение сотрудников и условия жизни намного лучше, чем в большинстве российских тюрем. Здесь ты практически забываешь, что находишься в тюрьме: можешь работать, можешь учиться, можешь ничего не делать — никто не оказывает давления. Просто не высовывайся, сиди себе спокойно, и у тебя будет все, что захочешь. Хочешь какой-нибудь вкусной еды, хочешь телефон, хочешь наркотики — все будет.

Никто из моих знакомых не сидел в тюрьме, поэтому я даже примерно не представлял, чего ждать. Я думал, что в реальности зона выглядит как в сериалах на НТВ: зэки в наколках, которые чуть что воткнут заточку тебе под ребро. На самом деле все совсем не так. Каждая тюрьма, централ, лагерь сильно между собой различаются, и положение дел везде абсолютно разное. Если в одном лагере ты маршируешь и получаешь ***** , то в другом можешь целый день спать, а вечером сидеть в телефоне и есть пиццу и роллы, покуривая наркотики.

Условия содержания не такие уж и ужасные, можно жить: трижды в день довольно плотно кормят, на обед дают первое и второе с большим количеством мяса. В камере есть телевизор, есть доступ к книгам. Само заключение только официально имеет целью перевоспитание и исправление. На самом деле тебя просто закрывают в одном помещении с сотней точно таких же наркоманов, как и ты. Интересно, как это должно способствовать исправлению?

На самом деле зэки такие же люди: оказаться в тюрьме может кто угодно

Я понимаю, как это звучит: если бы я читал это интервью, будучи на воле, то подумал бы, что зэки там совсем ****** . На самом деле зэки такие же люди — оказаться в тюрьме может кто угодно. Ты можешь вести законопослушный образ жизни и попасть в тюрьму за грехи другого человека или просто для того, чтобы сотрудники полиции улучшили раскрываемость дел, связанных с оборотом наркотиков. Я сижу нормально: работаю, нахожу общий язык со всеми.

Администрация особо не препятствует тем, кто хочет освободиться условно-досрочно. Здесь очень много тех, кто поднялся с малолетки, колонии для несовершеннолетних преступников. Очень много тех, кто просто считает, что быть преступником, нарушать закон — это круто, и, сидя здесь, в тюрьме, они продолжают делать какие-то глупые вещи просто назло системе. Достаточно просто не быть таким. Если не мелькаешь ни в какой отрицательной деятельности, то никто не будет против того, чтобы ты освободился пораньше.

228-я статья УК РФ

В тюрьме я не встретил зэков из телесериалов: 80 % людей в СИЗО оказались такими же молодыми парнями, как и я. Не преступниками по своей природе, а теми, кто однажды оступился. Вместе со мной в камере было 13–14 человек: все были примерно моего возраста, большинство попалось на закладках. Мне было очень больно за парней, которые в 18 лет за одну ошибку получали сроки в 15 лет.

Это очень большая проблема. Если к распространителям, к барыгам такое наказание, возможно, и справедливо, то сажать наркомана, который просто курил траву, минимум на три года, а чаще всего на пять или шесть лет — это перебор. В соседней камере сидел человек, который хладнокровно убил свою мать и получил три с половиной года. А рядом со мной сидел 18-летний пацан, которого друг попросил помочь ему купить наркотики, за передачу которых тот получил 13 лет строгого режима. Разве это справедливо? Это же бред.

В соседней камере сидел человек, который хладнокровно убил свою мать и получил три с половиной года. А со мной — 18-летний пацан, которого друг попросил помочь ему купить наркотики. Он получил за передачу 13 лет строгого режима

Я был в ужасе от того, как много по 228-й статье УК РФ сидит тех, кто на самом деле невиновен — кому наркотики подкинули сотрудники полиции. Голунову повезло, что он работает в крупном медиа и за него вступились известные личности. Но таких, как он, очень-очень много. Со мной в камере сидел человек, который никогда в жизни не употреблял наркотики, имел хорошую работу, двоих детей, жену — все как положено. Его двоюродный брат был барыгой, и в один день к нему приехали сотрудники полиции и любезно предложили дать показания против брата. Естественно, он отказался, в ответ на это ему сказали: «Раз ты отказываешься сдавать брата, значит, поедешь сидеть сам». С этими словами ему подкинули пакет с амфетамином, в течение минуты откуда-то появились понятые, все это сняли на камеру — пожалуйста, человек присел на пять лет. За что?

Суды по 228-й статье — это конвейер. У всех одна и та же история: все признали свою вину, даже если не были виноваты, потому что отрицать бесполезно. Если отрицать и пытаться доказать свою невиновность, могут дать большой срок — скажем, не три года, а десять лет, потому что ты усложняешь следствие. Поэтому проще согласиться с тем, что вменяют, и спокойно отбывать свою троечку. Во время суда всем вообще плевать, кто ты, чем ты занимался, действительно ли ты виновен. Достаточно того, что в твоем деле написано «228».

Выводы

Когда я освобожусь, я хочу продолжить обучение в университете. Хочу обычную жизнь, как у всех. Не высовываться, чтобы не дай бог не пересечься с нашей системой и правоохранительными органами снова.

Конечно, я переживаю из-за того, что теперь на мне будет клеймо отсидевшего и, как только какое-нибудь преступление совершится в моем районе, я автоматически стану подозреваемым — просто потому, что уже сидел. Но я сделаю все, чтобы снова здесь не оказаться.

То время, которое я здесь провел, сделало меня сильнее, умнее и хитрее. Я научился действительно многому и теперь могу найти общий язык вообще с любым человеком — даже с тем, с кем на воле я ни при каких обстоятельствах не стал бы общаться.

Если бы я сразу знал, что меня посадят, я бы лучше ограбил какую-нибудь ювелирную лавку или банкомат — получил бы так же много денег, но сел бы на гораздо меньший срок

Пока точно не знаю, чем буду заниматься на воле, но точно не вернусь к работе с наркотиками, какие бы большие деньги это ни приносило. Это точно не та тема, которой надо заниматься. Если бы я сразу знал, что меня посадят, я бы лучше ограбил какую-нибудь ювелирную лавку или банкомат — получил бы так же много денег, но сел бы на гораздо меньший срок.

Я действительно очень рад, что мне больше не нужно работать закладчиком. Все это время я жил в напряжении и глушил его наркотиками. Это такой замкнутый круг: заработал денег, купил наркоты, чтобы забыться, заработал денег снова, забылся — и так до бесконечности. Пока однажды тебя не поймают.

Текст САША НОВИКОВА. Иллюстрации КАТЯ СПИРИНЦОВА.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *