Помойка в квартире

  • автор:

«Для нас мусор с помойки, а для них — ценные вещи». Как помочь людям с синдромом Плюшкина

Неприятный запах, насекомые и лай собак — все это приходится терпеть жильцам многоквартирного дома, если по соседству живет «коллекционер» мусора с помоек или бродячих животных. Обращения в полицию, как правило, не помогают, поскольку «собиратель» складирует хлам в своей квартире, которой вправе распоряжаться по своему усмотрению. Из-за этого конфликты между соседями перерастают в бытовые войны. «7×7» пообщался с рязанцами, которые смогли договориться с владельцами «нехороших квартир» о прекращении «собирательства», дезинфекции помещений, согласии на лечение и добились перемирия.

10 животных в одной квартире

Тараканы, расползающиеся по лестничной клетке, мухи даже в холодное время года, неприятный запах и собачий скулеж — так живут рязанцы в четырехэтажке на улице Полетаева. Собственница одной из квартир на третьем этаже Анастасия Агапова собрала у себя дома нескольких животных, которых почти забросила и редко выводит на улицу — эту историю соседи «приюта» рассказали тележурналистам в конце января. Они обратились на телевидение после получения десятков отписок изо всех инстанций. Реакции на обращения не последовало, поскольку животные находятся на частной территории.

Разбитое окно в доме на Полетаева. Фото Екатерины Вулих

— Мне приходится выгуливать собак ночью, потому что боюсь соседей, — признается Анастасия Агапова, которая временно переехала в другое место. — Мне уже разбили окно — сосед выстрелил из пневматики в собачку, которая любит сидеть на подоконнике. Меня обещали убить, но я просто не знаю, что делать, ведь я пытаюсь пристроить животных в добрые руки, а выбросить их на улицу не могу — жалко.

Сначала ее попросили выкормить несколько щенков, после чего пообещали забрать, но пришли только за одним. В ночь на 2 января на ручку двери Агаповой повесили пакет с двумя новорожденными котятами. Сейчас в квартире пять собак и несколько кошек.

Несколько лет назад у женщины была крепкая семья, но после череды несчастий (умер ребенок, заболела мать) она осталась одна и потеряла связь с реальностью. До болезни матери Анастасия Агапова работала тренером в школе танцев и воздушной гимнастики, но работу пришлось бросить. Тогда в ее квартире начали появляться животные.

Анастасия Агапова с собакой Рейдой. Фото Екатерины Вулих

После выхода телесюжета в эфир Агапову разыскала бывшая ученица по школе танцев, зооволонтер Татьяна Милова. Она привезла сумку дезинфицирующих средств и вместе с хозяйкой «нехорошей квартиры» выгребла большую часть грязи, начала дезинфекцию помещения. Теперь вместе они думают, куда пристроить животных. Агапова надеется, что все животные попадут к ответственным людям, и обещает никогда не заниматься «собирательством» в квартире.

«Срабатывают только убеждения»

— Я узнала о ситуации слишком поздно — «война» уже началась, — рассказывает предысторию своего вмешательства Татьяна Милова. — Мне удалось убедить Настю в том, что животных нужно срочно вывезти, провести дезинфекцию и наладить отношения с соседями. Она уже перестала доверять людям и замкнулась, но все же удалось решить почти все вопросы. Это очень добрый человек, она не хотела доставить столько неприятностей соседям, просто так сложилось.

Директор муниципальной службы контроля за численностью безнадзорных животных в Рязани Марина Селезнева неоднократно сталкивалась с подобными ситуациями: люди регулярно жалуются на соседей, устроивших из квартир приюты.

— Бабушка в поселке Приокском с кучей животных в квартире рассказывала, что вся семья погибла в автокатастрофе. Оказалось, к ней перестала приезжать дочь, и женщине было легче придумать, что ее больше нет в живых. Количеством животных она восполняла нерастраченную любовь и получала ее от них, — рассказала «7×7» чиновница. — Ни она сама, ни соседи ничего не могли сделать с этим зверинцем. Удалось разрулить ситуацию только после долгих уговоров.

Соседи квартир с огромным количеством животных требуют изъять их либо выселить собственника приватизированного или наемного жилья, но сделать это, не преступив закон, невозможно.

Татьяна Милова. Фото Екатерины Вулих

— Только спокойные переговоры, срабатывают только убеждения. Угрозы соседей, визиты полиции вгоняют в еще большую депрессию «собирателей» животных, они еще больше теряют связь с реальностью, — делится опытом Селезнева. — Как правило, заниматься всем этим приходится добровольцам.

Отец и сын

Жильцы пятиэтажки в Приокском более двух лет просили власти спасти их от вони и насекомых, а 84-летнего незрячего Владимира Гусева из квартиры на первом этаже — от психически больного сына Игоря. Последний устроил в квартире свалку и довел отца до истощения. Они требовали от управляющей компании выгрести мусор из муниципальной квартиры, от полиции — разобраться с насильным удержанием в квартире сыном беспомощного старика, от психоневрологического диспансера — забрать на лечение мужчину, который долгие годы состоит на учете. Никто не помог. Тогда сосед Роман Фомин 8 октября 2019 года опубликовал в социальных сетях видео, на котором в захламленной до потолка комнате сидит старик. Он смотрит в одну точку, на нем рубаха в коричневых потеках, всклокоченные седые волосы.

Буквально через день работники управляющей компании и префектуры начали вывозить хлам. Подключились депутаты, мэрия, соцслужбы, у медработников хватило полномочий забрать сына на лечение в психиатрическую больницу, отца — в терапию.

— Это была нормальная семья, только сын был несколько странным. В 2009 году у него умерла мать, и мужчины остались одни. Мы понимали, что в той квартире не все благополучно, но не знали, насколько именно, пока не вошли. Тогда я понял, что старик может умереть, — рассказал «7×7» Роман Фомин. — После огласки проблемы решились за пару дней. Так что — только огласка!

В течение полутора месяцев управляющая компания при помощи добровольцев сделала ремонт в квартире, местные жители собрали деньги на газовую колонку, помогли мебелью, занавесками, постельным бельем и одеждой. Теперь к пенсионеру ходят соцработник, соседи и группа волонтеров.

«7×7» попросил мэрию Рязани и уполномоченного по правам человека в Рязанской области Наталью Епихину дать рекомендации, в какие ведомства обращаться, если в квартире по соседству живет нездоровый человек, а его личная помойка ущемляет права остальных жильцов дома. В мэрии рекомендовали обращаться в санэпидслужбу Роспотребнадзора, управление капитального строительства и в суд — то есть туда, куда Роман Фомин обращался несколько лет.

Омбудсмен перенаправила запрос в районную прокуратуру, которая ответила, что в случае с Владимиром Гусевым «дверь в квартиру никто не открывал, на вопросы не отвечал», а в управление социальной защиты населения слепой пенсионер и психически нездоровый инвалид почему-то не обращались. Вопрос с алгоритмом действий соседей «нехороших квартир» остался открытым.

Костер в духовке

В 2017 году жильцы дома в Дашково-Песочное буквально заставили полицию вскрыть квартиру 70-летней соседки, которая ходила по улицам обнаженной, справляла нужду в песочнице, не выносила мусор. Соседи обращались во все ведомства, но помощи не добились. Пенсионерка умерла и пролежала около 10 дней в запертой квартире, пока жидкость от разложения тела не протекла в квартиру этажом ниже. Соседям пришлось переехать. Неприватизированная квартира покойной поставлена в очередь на ремонт, после чего ее получит семья очередников.

Жильцы дома по улице Трудовой несколько раз писали жалобы на молодую женщину, которая была не в себе: зимой выходила на улицу в летних шлепанцах, из ее квартиры по всему подъезду разносились неприятные запахи. Позже выяснилось, что она разжигала костер в духовке старой плиты и дом чудом не сгорел. В психиатрическую лечебницу ее поместили только после того, как женщина накинулась с нецензурной руганью на наряд полиции и обмочила ботинки участкового.

Как правило, соседи и родственники понимают, что таким людям нужна медицинская и социальная помощь, но не знают, как этого добиться и почему ни одно ведомство не приходит на помощь.

«Собирательство чего-то там — это их личная воля»

Врач-психиатр высшей категории, заведующий консультативным отделом психоневрологического диспансера Рязанской области Вадим Комаров пояснил «7×7», что само по себе собирательство хлама или животных психическим заболеванием не является, это проявление всевозможных психических расстройств. Синдром Плюшкина (синдром патологического накопительства) говорит о снижении критических способностей человека, непонимании того, что происходит, отсутствии способности посмотреть на это со стороны. Это «выпадение» некоторых психических функций, которые восстановить невозможно, как невозможно вырастить ампутированную ногу. Поэтому, как утверждает врач, такой человек должен жить под присмотром родственника, опекуна либо государства — в специализированном интернате.

Психбольница — место принудительного содержания, поместить в нее человека можно либо через суд, если его поведение опасно для окружающих, либо с его согласия. В случае с синдромом патологического накопительства, по словам Комарова, угрозы жизни ни для самого человека, ни для соседей нет.

— Нам звонят и говорят: дед захламил квартиру мусором, бабушка потратила всю пенсию на миллион кошек, признайте их недееспособными. То есть старики сами готовят себе еду, ходят в магазин и за пенсией — тут они дееспособны. А хранение мусора и собирательство кошек — это, получается, недееспособность? Так не бывает. С точки зрения медицины они дееспособны, а собирательство чего-то там — это их личная воля. Это для нас мусор с помойки, а для них — ценные вещи, — пояснил психиатр.

В настоящее время вопросы изоляции человека от общества не имеют единого законодательного решения. Они связаны с конституционными правами человека: помочь одним восстановить свои права на спокойствие и тишину — значит ограничить другого в праве на неприкосновенность жилища и собственности (того же мусора из помойки). По словам доктора Комарова, в своей работе психиатры руководствуются законом о психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании. Он сформулирован так, чтобы невозможно было использовать психиатрию в корыстных целях, чтобы она оставалась помощью, а не была карательным инструментом.

Екатерина Вулих, «7х7»

Совсем недавно в Интернете широко обсуждалась история пенсионерки из Перми, которая буквально забила доверху свою квартиру мусором и из-за этого переехала жить в подъезд. Конечно, далеко не все хордеры доходят до такой крайности, однако, если обилие вещей мешает свободно передвигаться по дому, закрывать двери помещений, есть, мыться, пользоваться уборной и отдыхать с комфортом, это уже говорит о том, что страсть к накопительству явно патологическая. «Сокровищница» хордеров обычно пополняется за счет того, что они отказываются расставаться со старыми вещами (а в худшем случае и с мусором), туда же попадают копеечные и, как правило, не несущие никакой практической пользы товары с распродаж и блошиных рынков (при этом сами хордеры считают, что покупки, которые они совершили, чертовски выгодны), а иногда и вовсе находки со свалок и помоек.

Между прочим, в рядах хордеров можно встретить не только одиноких бабушек, живущих на весьма скромную пенсию, но и достаточно обеспеченных и даже знаменитых людей.

Только последние вместо дешевых вещей и мусора обычно захламляют свой дом дорогими предметами. Например, Хайди Клум в свое время призналась, что на протяжении двадцати лет хранила почти все предметы одежды, обуви и сумочки, купленные за это время. О своей безудержной страсти к коллекционированию и хранению практически любых вещей, но в особенности туфель заявляла когда-то Линдси Лохан. Американская актриса и комедиантка Лиза Кудроу до сих пор бережет свои еженедельники из восьмидесятых, старые факсы и многие другие личные вещи — она уверена, что однажды биографы скажут ей за это спасибо.

Существует и такая разновидность хординга, как патологическое накопительство животных. Ее яркая иллюстрация — это люди, которые подбирают всех без разбора кошек, собак или птиц, не имея при этом ни достаточного пространства для их содержания, ни возможности ухаживать за ними должным образом. Из-за этого бедные животные проживают в условиях жуткой антисанитарии и голода, бесконтрольно спариваются, размножаются и умирают.

Однако сами хордеры, особенно на ранних стадиях развития этого расстройства, не видят в своем поведении ничего ненормального. Напротив, они считают себя спасителями недооцененных или незаслуженно выброшенных вещей, которые, как они верят, обязательно принесут большую пользу в будущем, или тех же животных, которым не посчастливилось оказаться на улице. Впрочем, с увеличением масштабов домашней свалки некоторые уже не пытаются убедить себя в адекватности собственных действий, но и бороться с этой манией и взяться за расчистку жилья у них уже нет сил. Есть в рядах хордеров и те, кто уже вовсе потерял всяческий контроль над ситуацией и перестал задумываться о своих действиях.

Существует много причин, которые могут привести человека к этому расстройству. Есть мнение, что иногда оно наследуется генетически, также оно может развиваться на фоне других психических синдромов и заболеваний, например, обсессивно-компульсивного расстройства, синдрома дефицита внимания, шизофрении, а также из-за проблем с сосудами мозга и черепно-мозговых травм.

Часто хордерами становятся люди, у которых изначально не было серьезных проблем ни с физическим, ни с душевным здоровьем. Обычно такое происходит в результате психической травмы — например, утраты близкого человека. При этом под «утратой» совсем не обязательно подразумевается смерть: бывает, что матери, чьи дети выросли и переехали в другой город (или просто стали жить отдельно), сначала бережно хранят все предметы, так или иначе связанные с ними или напоминающие о них, а затем и вовсе пытаются заполнить пустоту в душе все новыми вещами или животными, ведь они-то надежны и точно их не покинут. К тому же им больше не для кого наводить порядок в доме.

Но вместо того чтобы помочь справиться с душевной болью, вещи постепенно начинают подминать под себя человека и отдалять его от других людей. Кому приятно находиться в доме, заваленном хламом, кроме самого хордера?

Если попытки образумить хордера не приносят никаких плодов, родные все реже приходят к нему. Самому хордеру стыдно звать к себе в гости друзей и приятелей, потому что в душе он понимает, что такое поведение ненормально, но ничего не может с собой поделать: вещи — это уже часть его «я», и отказаться от них для него так же мучительно, как отрезать кусок от собственного тела. Чувство стыда и вина только усиливают тревожность, и от этого симптомы расстройства усугубляются, а сам хордер окончательно отгораживается от окружающих и замыкается в маленьком и уютном мирке вещей.

На начальных этапах хординг легко спутать с неорганизованностью или ленью, а в случае с накопительством животных — с заботой о них. Однако со временем тревожные симптомы усиливаются, и, если хордеру никто не поможет, ситуация рискует стать критической.

Многим кажется, что для того, чтобы сделать это, достаточно расчистить квартиру хордера. Но это не так. Поскольку хординг — это психическое расстройство, без медицинской помощи тут не обойтись, иначе даже после наведения порядка в доме хордер почти наверняка вернется к прежнему образу жизни.

Для лечения этого расстройства используется когнитивно-бихевиоральная терапия. Прорабатывая проблему с врачом, пациент начинает понимать причины своего поведения, учится снимать эмоциональное напряжение и адекватно оценивать, какая вещь ему действительно нужна, а какую можно без сожалений отправить на помойку. Обычно этот процесс длится несколько месяцев, но в зависимости от степени тяжести расстройства может растянуться и на годы, в некоторых же случаях не обойтись без госпитализации.

Роль близких в успешном лечении также важна. Вот только не нужно никого стыдить, осуждать, ставить ультиматумы или выбрасывать вещи насильно — это приведет к прямо противоположному эффекту.

Важно проявить заботу и поддержку, попытавшись своим поведением донести до хордера, что человеческие отношения гораздо ценнее, чем любые вещи. Не обойтись и без физической помощи в сортировке накопившегося имущества. Для этого можно воспользоваться услугами волонтеров или профессиональных организаторов, которые помогут навести в доме порядок и смогут определить, какие вещи стоит оставить, а от каких нужно избавиться, что можно пожертвовать, а что — продать.

Порабощение хламом: почему люди превращают свой дом в свалку

Узнать о том, почему люди впадают в зависимость от вещей, во что это выливается и как с этим бороться, можно в программе «Барахольщики: деньги из хлама», которая будет выходить на телеканале TLC с 19 февраля по вторникам в 21:00.

Что хранят дома современных Плюшкиных

Совсем недавно в Интернете широко обсуждалась история пенсионерки из Перми, которая буквально забила доверху свою квартиру мусором и из-за этого переехала жить в подъезд. Конечно, далеко не все хордеры доходят до такой крайности, однако, если обилие вещей мешает свободно передвигаться по дому, закрывать двери помещений, есть, мыться, пользоваться уборной и отдыхать с комфортом, это уже говорит о том, что страсть к накопительству явно патологическая. «Сокровищница» хордеров обычно пополняется за счет того, что они отказываются расставаться со старыми вещами (а в худшем случае и с мусором), туда же попадают копеечные и, как правило, не несущие никакой практической пользы товары с распродаж и блошиных рынков (при этом сами хордеры считают, что покупки, которые они совершили, чертовски выгодны), а иногда и вовсе находки со свалок и помоек.

Между прочим, в рядах хордеров можно встретить не только одиноких бабушек, живущих на весьма скромную пенсию, но и достаточно обеспеченных и даже знаменитых людей. Только последние вместо дешевых вещей и мусора обычно захламляют свой дом дорогими предметами. Например, Хайди Клум в свое время призналась, что на протяжении двадцати лет хранила почти все предметы одежды, обуви и сумочки, купленные за это время. О своей безудержной страсти к коллекционированию и хранению практически любых вещей, но в особенности туфель заявляла когда-то Линдси Лохан. Американская актриса и комедиантка Лиза Кудроу до сих пор бережет свои еженедельники из восьмидесятых, старые факсы и многие другие личные вещи — она уверена, что однажды биографы скажут ей за это спасибо.

Существует и такая разновидность хординга, как патологическое накопительство животных. Ее яркая иллюстрация — это люди, которые подбирают всех без разбора кошек, собак или птиц, не имея при этом ни достаточного пространства для их содержания, ни возможности ухаживать за ними должным образом. Из-за этого бедные животные проживают в условиях жуткой антисанитарии и голода, бесконтрольно спариваются, размножаются и умирают.

Однако сами хордеры, особенно на ранних стадиях развития этого расстройства, не видят в своем поведении ничего ненормального. Напротив, они считают себя спасителями недооцененных или незаслуженно выброшенных вещей, которые, как они верят, обязательно принесут большую пользу в будущем, или тех же животных, которым не посчастливилось оказаться на улице. Впрочем, с увеличением масштабов домашней свалки некоторые уже не пытаются убедить себя в адекватности собственных действий, но и бороться с этой манией и взяться за расчистку жилья у них уже нет сил. Есть в рядах хордеров и те, кто уже вовсе потерял всяческий контроль над ситуацией и перестал задумываться о своих действиях.

Хордерами рождаются или становятся?

Существует много причин, которые могут привести человека к этому расстройству. Есть мнение, что иногда оно наследуется генетически, также оно может развиваться на фоне других психических синдромов и заболеваний, например, обсессивно-компульсивного расстройства, синдрома дефицита внимания, шизофрении, а также из-за проблем с сосудами мозга и черепно-мозговых травм.

Часто хордерами становятся люди, у которых изначально не было серьезных проблем ни с физическим, ни с душевным здоровьем. Обычно такое происходит в результате психической травмы — например, утраты близкого человека. При этом под «утратой» совсем не обязательно подразумевается смерть: бывает, что матери, чьи дети выросли и переехали в другой город (или просто стали жить отдельно), сначала бережно хранят все предметы, так или иначе связанные с ними или напоминающие о них, а затем и вовсе пытаются заполнить пустоту в душе все новыми вещами или животными, ведь они-то надежны и точно их не покинут. К тому же им больше не для кого наводить порядок в доме.

Но вместо того чтобы помочь справиться с душевной болью, вещи постепенно начинают подминать под себя человека и отдалять его от других людей. Кому приятно находиться в доме, заваленном хламом, кроме самого хордера? Если попытки образумить хордера не приносят никаких плодов, родные все реже приходят к нему. Самому хордеру стыдно звать к себе в гости друзей и приятелей, потому что в душе он понимает, что такое поведение ненормально, но ничего не может с собой поделать: вещи — это уже часть его «я», и отказаться от них для него так же мучительно, как отрезать кусок от собственного тела. Чувство стыда и вина только усиливают тревожность, и от этого симптомы расстройства усугубляются, а сам хордер окончательно отгораживается от окружающих и замыкается в маленьком и уютном мирке вещей.

Спасение утопающих в хламе — не дело самих утопающих

На начальных этапах хординг легко спутать с неорганизованностью или ленью, а в случае с накопительством животных — с заботой о них. Однако со временем тревожные симптомы усиливаются, и, если хордеру никто не поможет, ситуация рискует стать критической.

Многим кажется, что для того, чтобы сделать это, достаточно расчистить квартиру хордера. Но это не так. Поскольку хординг — это психическое расстройство, без медицинской помощи тут не обойтись, иначе даже после наведения порядка в доме хордер почти наверняка вернется к прежнему образу жизни.

Для лечения этого расстройства используется когнитивно-бихевиоральная терапия. Прорабатывая проблему с врачом, пациент начинает понимать причины своего поведения, учится снимать эмоциональное напряжение и адекватно оценивать, какая вещь ему действительно нужна, а какую можно без сожалений отправить на помойку. Обычно этот процесс длится несколько месяцев, но в зависимости от степени тяжести расстройства может растянуться и на годы, в некоторых же случаях не обойтись без госпитализации.

Роль близких в успешном лечении также важна. Вот только не нужно никого стыдить, осуждать, ставить ультиматумы или выбрасывать вещи насильно — это приведет к прямо противоположному эффекту. Важно проявить заботу и поддержку, попытавшись своим поведением донести до хордера, что человеческие отношения гораздо ценнее, чем любые вещи. Не обойтись и без физической помощи в сортировке накопившегося имущества. Для этого можно воспользоваться услугами волонтеров или профессиональных организаторов, которые помогут навести в доме порядок и смогут определить, какие вещи стоит оставить, а от каких нужно избавиться, что можно пожертвовать, а что — продать.

Яркий пример таких организаторов — это команда специалистов из программы «Барахольщики: деньги из хлама», которая начнет выходить с 19 февраля по вторникам в 21:00 на TLC: Марианна и Джоанна расчищают дома хордеров Великобритании от грязи, отходов и ненужных вещей, а коллекционер Кёртис решает, что из гор хлама можно выгодно продать. Вместе они пробиваются сквозь мусорные кучи и расчищают путь к новой жизни хордеров, попутно пополняя их банковские счета.

Мой рабочий стол расположен у окна, и я имею уникальную возможность наблюдать за всем происходящим на улице. Хотя что там такого особенного может произойти… Спальный район. Сонное царство. Да ещё зима. Но это ощущение оказалось обманчивым. И совсем недавно на моих глазах здесь разыгралась настоящая мелодрама.

Всё началось с того, что на нашей помойке поселился бродячий пёс. Обычная дворняга мужского пола. Пёс быстро освоился и стал активно защищать свою территорию от посягательств конкурентов. Здесь же рядом он и отдыхал на тёплом канализационном люке. Неизвестно, чем бы закончилась эта история, если бы на сцену не вышел ещё один герой…

Как-то раз, оторвавшись от своей писанины, я глянул в окно. Помойка – первое, что при этом бросается в глаза. В этот момент мимо легендарного объекта, где на своём ложе отдыхал четвероногий бомж, проходил мальчишка. Обычный мальчишка, лет десяти, из пятиэтажки напротив.

Он остановился рядом с собакой. Пёс поднял голову. С минуту они молча смотрели друг на друга. Мальчик порылся в карманах, достал что-то съестное. Пёс вскочил и завилял хвостом. Принял угощение, лизнул руку и запрыгал вокруг мальчика, приглашая его к игре. Какой ребёнок откажется?

И вот они уже носятся по двору, кувыркаются в сугробах. Звонкий детский смех и собачий лай слились воедино. По всему было видно, что эти два существа нашли друг друга.

Вот так мне посчастливилось наблюдать эпизод их знакомства, которое в дальнейшем переросло в настоящую мужскую дружбу. Теперь двор мне уже не казался таким сонным!

Каждый день, услышав собачий лай и мальчишеский голос, я выглядывал в окно. Друзья бежали навстречу друг другу и обнимались. У мальчика всегда был в кармане лакомый кусочек. Потом они долго играли. А после – трогательная сцена прощания.

Мальчик шёл к дому. Пёс следовал за ним. Мальчик вставал на колени, брал друга за лохматую голову, что-то говорил, показывая рукой на пустое окно. Всё было понятно и без слов. Извини, друг, не могу тебя взять с собой. Дома не разрешают. Пёс понимающе наклонял голову, совал лапу. Мальчик шёл к подъезду. А пёс ждал, пока друг из окна второго этажа не помашет ему рукой. И только тогда понуро брёл к себе.

Всё это продолжалось недели две. Вот только не знаю, как правильно сказать – всего две недели или целых две недели…. Ведь так много произошло за этот срок.

Я видел, как мальчик защитил собаку от обидчика – подростка, который был лет на пять старше и на две головы выше ростом. А когда верзила замахнулся на мальчика, пёс пошёл в атаку. Моя помощь не понадобилась – агрессор позорно бежал.

Я видел, как в морозный день мальчик вынес из дома одеяло и заботливо кутал своего бездомного друга, защищая от холода.

Я наблюдал, как пёс три дня, не сходя с места, лежал на снегу под окнами. А мальчик то и дело выглядывал к нему, показывая рукой на простуженное горло. Какой радостной была их встреча после трёхдневной разлуки! А потом опять расставание, пустое окно… Окно всегда было пустым.

Но в один из дней, когда наши герои, как обычно, бегали по двору, я подсознательно почувствовал – что-то изменилось.

И точно. В окне появилась фигура. Я надел очки. Да. Женская фигура. Красивое молодое лицо, распущенные волосы. Женщина неподвижно наблюдала за счастливыми друзьями. Мать ребёнка, как я понял. Она прижалась лбом к оконному стеклу. Я отчётливо видел изящную руку, поднесённую к лицу. Тонкие пальцы медленно прошлись по губам, потом по глазам. Это что – слёзы? Почему бы и нет…

Появилась вторая фигура. Суровое лицо, тяжёлый подбородок. Женщина отстранилась от стекла, положила голову на мужское плечо. Тем временем прогулка закончилась. Наступила минута прощания. Мальчик как всегда протянул руку к окну… И смутился, увидев родителей. Быстро простился с другом, побежал домой.

Что же произойдёт дальше? Я чувствовал, что назревает кульминация. По законам жанра финал должен быть счастливым и трогательным. Если это мелодрама, конечно. А если… Но о другом варианте мне не хотелось даже и думать.

На следующий день я получил ответ. Как всегда, в определённое время раздался собачий лай, звонкий мальчишеский голос. Но к ним прибавилось что-то новенькое. А именно – женский смех и густой мужской бас.

Да что там происходит? Я бросился к окну, едва не выбив его с разлёта головой. Впервые я увидел эту семью в сборе. Отец, мать, сын играли в снежки. А между ними метался совершенно обалдевший от радости пёс. Неужели… Ну да. На шее пса красовался новенький ошейник. Всё-таки мелодрама получилась. Так я, собственно, и не сомневался!

Были в этой семье проблемы или нет? Не знаю. Но только с тех пор я видел их каждый день вместе. С тех пор, как появилась собака.

Есть над чем подумать…

Игра окончилась. Счастливая семья пошла домой. В какой-то момент они, словно позируя, повернулись ко мне. И я сделал снимок на память. Не фотоснимок, нет. А просто запечатлел в душе счастливые лица людей и блаженную морду пса. Так и храню этот групповой портрет в своей памяти, как в семейном альбоме. Вот только в уголочке затесалась и моя счастливая физиономия.

А я-то тут при чём? Да всё просто. Счастье – хорошая штука… Очень хорошая штука. И оно ещё тем хорошо, что им всегда можно поделиться!

Александр Головкин

P.S. Автор этого рассказа только однажды приобрёл дорогого породистого пса. Все остальные его собаки и кошки – подобранные на улице бывшие бродячие животные, раненные, покалеченные, просто одинокие. Теперь они – одна семья. Не спешите покупать жутко породистого, жутко дорогого и жутко модного щенка или котёнка. Оглянитесь вокруг – сколько одиноких глаз и сердец жаждут счастья. Подарите им его!

Помните, несколько месяцев назад, я писал про загаженный дом 1905 года постройки? Спустя три месяца я заглянул в него и ничуть не удивился. Давайте прогуляемся по зданию, признанному объектом культурного наследия

1. Напомню, что в декабре 2013 года дом выглядел так

2. Позавчерашние фото. Дверь открыта, а гора мусора с тех пор стала еще больше

3. Рисуется четкая картина — жители близлежащих домов каждое утро идут к открытой двери и забрасывают за дверь мешки с мусором. Потом приходят собаки, съедают отходы и разбрасывают мусор по дому. Вечером в здании появляются бомжи и перебирают все это. Круговорот мусора в доме

4. Странно, что немецкую керамику еще никто не продал


6. Идем выше. Лестничные проемы еще сохранились, но ходить по ним не очень безопасно

7. На втором этаже грусть и печаль

8. Год постройки — 1905. Представляете, сколько сил вложили в этот дом?

10. Традиционно, межкомнатные перегородки были очень тонкими
11. Чтобы на стенах лучше держалась штукатурка, под нее крепили связанный камыш. Каждый стебель скреплен
12. Третий этаж
13. Дом, конечно, уже не восстановить, но за время пока он самостоятельно разрушается, можно было заколотить двери и окна, чтобы блогерам кому-нибудь на голову не упал потолок
14. С безопасностью на этом объекте все хорошо — до нее никому нет дела. Вообще. Заходи, проваливайся, погибай под завалами и никто не заметит. Дом находится в центре многотысячного города. Думаю, это одно из любимейших мест местной молодежи
15. Вот еще прекрасное. Балконы обваливаются чуть ли не каждый день. Рядом жилой дом и двор, в котором гуляют дети. Никаких препятствий, чтобы получить куском балкона по голове, нет
16. По идее, тут надо все загородить, пригнать пару бульдозеров и расхерачить объект культурного наследия, пока он никого не убил. А это рано или поздно случится. Вот увидите
Так же, с помощью моего журнала, вы можете побродить в других, не менее прекрасных местах:
Школа-замок поселка Саранское
Спотрзал «Здоровье» в п.Новосёлово
Дом 1913 года постройки
Ресторан 1913 года постройки
Расселенный дом у Двухярусного моста
Заброшенные ангары Luftwaffe
Военную часть в п.Корнево
Благодарю за внимание. Если вам вдруг понравилось, нажмите на одну из кнопочек ниже

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *