Эксцесс, это что?

  • автор:

Эксцесс исполнителя преступления: понятие и виды. Акцессорная теория соучастия

Эксцесс исполнителя преступления — это совершение исполнителем такого преступного деяния, которое не охватывалось умыслом других участников преступления, рамками договоренности с остальными участниками. Иными словами, исполнитель вышел за рамки обговоренного. Остальные участники преступления за эксцесс исполнителя к уголовной ответственности не привлекаются (см. ст. 36 УК РФ).

Эксцесс исполнителя преступления может быть количественным и качественным1.

При количественном эксцессе исполнитель выходит за рамки обговоренного и совершает однородное преступление, но причиняет вред тому же родовому объекту как основному. Например, вместо грабежа совершает разбой. Здесь исполнитель привлекается к уголовной ответственности за разбойное нападение (см. ст. 162 УК РФ), а прочие соучастники преступления (организатор, подстрекатель, пособник, иной исполнитель) привлекаются к уголовной ответственности за приготовление, покушение либо оконченное (составом) преступление, предусмотренное ст. 161 УК РФ.

Так, X. предложил К., Л. и С. ограбить А. и Н. Трое незаконно проникли в дом, а С. остался на улице. Требуя денег, X. стал избивать потерпевшего А., а Л. — потерпевшую Н. К. в это время обыскивал дом. Поскольку К. никакого насилия к потерпевшим не применял, то и квалифицировать содеянное им необходимо по п. «а», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ. Действия К. при отсутствии предварительного сговора на разбой могли быть квалифицированы по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ лишь при выполнении им объективной стороны разбойного нападения .

При качественном эксцессе исполнитель выходит за рамки обговоренного и совершает неоднородное преступление, причиняет вред иному охраняемому законом объекту как основному. Например, вместо грабежа совершает убийство. Здесь исполнитель привлекается к уголовной ответственности за приготовление к грабежу, предусмотренному ч. 2 или 3 ст. 161 УК РФ, и оконченное (составом) убийство (см. ст. 105 УК РФ). Квалификация деяния как преступления остальных соучастников аналогична таковой при количественном эксцессе и зависит от фактических обстоятельств содеянного.

Другой пример качественного эксцесса исполнителя. Два человека договорились совместно совершить кражу, но один из них во время совершения преступления лишил жизни потерпевшего из корыстных побуждений. Второй в применении насилия не участвовал. Факт заранее не обещанного оказания вторым помощи первому в перетаскивании трупа потерпевшего не может быть расценен как участие в разбойном нападении, совершенном первым из соучастников. Раз- бой считается оконченным с момента нападения. Поэтому действия второго, совершившего тайное похищение имущества с проникновением в жилище, несмотря на последующее применение первым насилия к потерпевшему, следовало квалифицировать по и. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ1.

Пример более сложной ситуации, охватывающей совершение нескольких преступлений. П., С. и А. договорились совершить кражу из магазина. Увидев сторожа, П. и С., проявляя эксцесс исполнителя, выйдя за рамки договоренности с А., напали на сторожа и стали его избивать, а затем убили. А. находился рядом, наблюдал за происходящим и понимал, что П. и С. применяют к сторожу насилие, опасное для жизни, а затем и лишают его жизни с целью обеспечить беспрепятственное проникновение в магазин. Таким образом, качественный эксцесс исполнителя будет иметь место лишь применительно к убийству сторожа. Применительно к хищению следует вести речь о преобразовании умысла, направленного на кражу, в умысел, направленный на разбой (см. ч. 3 ст. 162 УК РФ), поскольку последующие действия А. свидетельствуют о том, что он принял план соучастников, направленный на завладение чужим имуществом в магазине путем разбойного нападения, так как сразу после убийства сторожа взял топор и с его помощью попытался проломить стену магазина .

Бандура, Жижимов, Николенко и Резанов предварительно договорились с помощью предметов, используемых в качестве оружия, совершить разбойное нападение на потерпевшую с целью хищения имущества. Выставив стекло в окне, они незаконно проникли в ее жилище. Жижимов нанес потерпевшей множественные удары кулаком по голове, после чего сдавил ее шею руками, а затем веревкой задушил. Остальные соучастники в это время искали в доме ценности. Позже к ним присоединился Жижимов. Поскольку между последним и другими участниками преступления отсутствовала договоренность о лишении жизни потерпевшей (причинении вреда ее здоровью), постольку преступное поведение Бандуры, Николенко и Резанова следует квалифицировать как разбойное нападение, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище. Поведение Жижимова должно быть дополнено квалифицировано как убийство, сопряженное с разбоем.

Установление факта эксцесса исполнителя зачастую зависит от показаний обвиняемых, от того, кто из них возьмет на себя бремя «паровоза» по предъявленному обвинению. Нередко договоренность об этом возникает до совершения преступления. Все злоумышленники договариваются совершить разбой и убийство, но на экстраординарный случай разрабатывают легенду о намерении совершить кражу или незаконное проникновение в жилище, о неосведомленности о том, что у одного из них в кармане окажется оружие и он его применит при совершении преступления. Не свидетельствует ли об этом следующий пример?

Левченко, Кузнецов и Дукасв договорились между собой о завладении имуществом потерпевшего Локотко. Данных о том, что они договорились о применении к потерпевшему насилия, опасного для его жизни и здоровья, в материалах дела нет. Суд этих обстоятельств также не установил и в приговоре каких-либо доводов в обоснование этого не привел. В приговоре также не приведено доказательств осведомленности Левченко о наличии у Кузнецова револьвера. Сам Левченко насилия, опасного для жизни или здоровья, в отношении потерпевшего не применял и, но его словам, не имел на это умысла. Телесные повреждения, опасные для жизни и здоровья, были причинены потерпевшему Кузнецовым, который принял такое решение, по его словам, самостоятельно. Таким образом, суд установил наличие в действиях Кузнецова эксцесса исполнителя разбоя, что исключает уголовную ответственность Левченко за разбой, т.е. за действия Кузнецова, которые не входили в предмет их договоренности1.

Трудно согласиться с решением суда о квалификации содеянного исполнителем при эксцессе как пособничества в оконченной (составом) краже, если другие соучастники воспользовались предоставленной пособником информацией и попытались совершить кражу, однако не смогли довести преступление до конца по не зависящей от них причине. Тем не менее, в тот же день они повторили попытку, которая переросла в разбой .

Акцессорная теория соучастия (лат. accessorius — добавочный) получила распространение в свое время в английском, итальянском, французском праве. Не предрешая вопрос об основоположнике данной теории , обратимся к суждениям Пеллегрино Луиджи Одоардо Росси, который еще в XIX в. подробно рассмотрел возможность главного и второстепенного соучастия в одном преступлении. По его мнению, тот, кто породил намерение и (или) материальный факт преступления, является главным и непосредственным участником преступления, он — причина преступления; тс, кто одобрили план преступления, помогли его выполнить, но ничего самостоятельного не создали — второстепенные участники.

Итак, суть данной теории заключается в следующем: исполнитель является основной (центральной) фигурой преступления. Остальные лица (организатор, подстрекатель, пособник) дополняют его деятельность, играют вспомогательную роль в преступлении. Ответственность дополнительных участников преступления полностью производна от преступного поведения исполнителя. Совершает он покушение на преступление или оконченное (составом) преступление, следовательно, все дополнительные участники подлежат уголовной ответственности вместе с ним за покушение или оконченное (составом) преступление. Отказывается исполнитель от совершения преступления, следовательно, все дополнительные участники наряду с ним не подлежат уголовной ответственности.

Таким образом, дополнительные участники преступления могут быть привлечены к уголовной ответственности только в том случае, если исполнитель совершил хотя бы покушение на преступление. Ответственность дополнительных участников преступления полностью производна от поведения исполнителя — основного участника. В России эта теория получила отражение в работах Н. С. Тагапцева, М. И. Ковалёва и других авторов.

Статья 36. Эксцесс исполнителя преступления

Эксцессом исполнителя признается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников. За эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат.

Комментарий к статье 36 Уголовного Кодекса РФ

Правило об эксцессе исполнителя основано на принципе вины, закрепленном в ст. 5 УК РФ, согласно которому лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные деяния и последствия, в отношении которых установлена его вина, объективное же вменение не допускается.

Эксцесс исполнителя возможен как при «неоформленном» (сложном) соучастии (участии в совершении преступления организатора, подстрекателя или пособника), так и при любой форме соучастия (совершении преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой, преступным сообществом или преступной организацией).

Ответственность за эксцесс исполнителя несет только сам исполнитель, другие соучастники преступления отвечают лишь за то деяние, которое охватывалось их умыслом.

Различают количественный и качественный эксцесс исполнителя. При количественном эксцессе совершается более опасное, но однородное преступление, посягающее на тот же самый или однородный объект (например, жизнь и здоровье следует считать объектами разными, но однородными). Количественным эксцессом следует признать также причинение вреда двум объектам вместо одного. Качественный эксцесс означает причинение вреда иному неоднородному объекту. Практическое значение разграничения качественного и количественного эксцесса исполнителя сводится в основном к квалификации действий тех соучастников преступления, умыслом которых эксцесс исполнителя не охватывался. При количественном эксцессе исполнителя подстрекатель несет ответственность за подстрекательство к тому преступлению, к совершению которого он склонял исполнителя. Так, если подстрекатель склоняет исполнителя к применению насилия в отношении потерпевшего (например, призывает бить потерпевшего), но умыслом его не охватывается лишение потерпевшего жизни, он подлежит ответственности за подстрекательство к побоям даже в том случае, если исполнитель совершит убийство. При качественном же эксцессе, когда исполнитель принимает решение совершить иное неоднородное преступление, соучастие как таковое отсутствует, действия подстрекателя могут быть квалифицированы лишь как приготовление к преступлению (неудавшееся подстрекательство).

Следует учитывать при этом, что эксцесс исполнителя предполагает различия в направленности умысла соучастников. Если же направленность умысла тождественна, но исполнитель просто фактически не может выполнить объективную сторону преступления, эксцесс исполнителя в такой ситуации места не имеет. Подстрекательство к преступлению, совершение которого прервано на стадии покушения, квалифицируется со ссылками как на ст. 30, так и на ст. 33 УК РФ.

Действия лица, совершившего преступление, не охватываемое умыслом других соучастников, не могут быть квалифицированы как совершенные в составе группы (группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы, преступного сообщества или организации). Так, в случаях, когда лицо, являющееся участником преступного сообщества (преступной организации), совершает преступление, которое не охватывалось умыслом других участников преступного сообщества (преступной организации), его действия в этой части как эксцесс исполнителя подлежат квалификации по соответствующей статье Особенной части УК РФ без ссылки на ст. 210 УК РФ, если содеянное таким лицом совершено не в связи с планами преступного сообщества (преступной организации).

Другой комментарий к статье 36 УК РФ

1. В тех случаях, когда один из соучастников преступления начинает совершать преступное деяние (деяния), не предусматривавшееся другими, он выходит за пределы соучастия и начинает действовать индивидуально. Ответственность за такое преступление может нести только тот, кто его совершает. Другие лица ответственности за него не несут. Данное требование вытекает из признака совместности соучастия, который в указанном случае отсутствует.

2. Различаются количественный и качественный эксцессы. При качественном эксцессе один из соучастников совершает преступление принципиально иное по характеру (качеству); при количественном эксцессе — то же преступление, но с квалифицирующими обстоятельствами.

Квалификация при эксцессе исполнителя преступления

В соответствии со ст. 36 УК РФ случаи совершения исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников, именуются эксцессом исполнителя. В этой же статье закреплено положение о том, что за эксцесс исполнителя другие соучастники уголовной ответственности не подлежат. Данное обстоятельство обусловлено тем, что действия, образующие эксцесс исполнителя, находятся за рамками совместной преступной деятельности.

Следует различать количественный и качественный эксцессы исполнителя. Это отличие имеет практическое значение, поскольку при количественном эксцессе в определенной мере применяются нормы о соучастии применительно к совершенному исполнителем преступлению, образующему эксцесс, при качественном эксцессе исполнителя нормы о соучастии не применяются в отношении преступления, образующего эксцесс.

Количественный эксцесс имеет место в тех случаях, когда исполнитель совершает преступление, охватываемое умыслом других соучастников, однако отходит от общего замысла по поводу квалифицирующих обстоятельств. Во всех остальных случаях отход исполнителя преступления от замысла иных соучастников образует качественный эксцесс. Это объясняется тем, что лишь к преступлению, совершенному при квалифицирующих обстоятельствах, не охватываемых умыслом иных соучастников, могут быть применены нормы о соучастии, поскольку между действиями исполнителя, образующего основной состав преступления, и действиями соучастников сохраняется причинная и виновная связь. Например, соучастники замышляли и подготовили убийство без квалифицирующих обстоятельств, а исполнитель совершил убийство с особой жестокостью или, наоборот, исполнителю было поручено совершить убийство с особой жестокостью, а он совершил убийство без отягчающих обстоятельств. В такой ситуации причинная и субъективная связь между действиями соучастников и основной частью деяния, образующего количественный эксцесс, сохраняется, поэтому применяются нормы о соучастии, а именно: при совершении исполнителем убийства с особой жестокостью остальные соучастники несут уголовную ответственность за оконченное убийство без отягчающих обстоятельств, совершенное в соучастии, особая жестокость вменяется только исполнителю.

И, наоборот, при совершении исполнителем убийства без отягчающих обстоятельств его действия квалифицируются как обычное убийство, а действия других соучастников – как покушение на убийство в соучастии при отягчающих обстоятельствах.

При изменении исполнителем согласованного с другими соучастниками вида преступного посягательства теряется причинная и виновная связь между действиями соучастников и совершенным исполнителем преступлением. Например, усилия соучастников были направлены на то, чтобы исполнитель совершил хищение в форме кражи. Однако, в конкретной жизненной ситуации исполнитель отступил от общего замысла соучастников и совершил хищение в форме грабежа. Вполне очевидно, что нормы о соучастии в преступлении не будут применены при квалификации образующих качественный эксцесс действий исполнителя, который будет нести ответственность за грабеж. Остальные соучастники будут нести уголовную ответственность за приготовление к краже, поскольку они направляли свои усилия на создание условий для совершения именно кражи, а не грабежа.

В заключение этого вопроса следует отметить еще несколько моментов.

Во-первых, деяние, образующее эксцесс, может быть совершено как умышленно, так и по неосторожности, на что справедливо обращается внимание в литературе. Во-вторых, эксцесс следует отличать от тех случаев, когда исполнитель совершает деяние при таких обстоятельствах, которые заранее не оговаривались, однако предвиделись и допускались другими соучастниками. Например, в процессе хищения исполнитель применил насилие, которое допускалось иными соучастниками заранее. В этом случае все соучастники, помимо исполнителя, действуют с косвенным умыслом в отношении факта насилия, поэтому им вменяется примененное исполнителем насилие, характер которого позволяет квалифицировать совершенное хищение как грабеж или разбой. В-третьих, в процессе совместной преступной деятельности за пределы умысла могут выходить действия не только исполнителей, но и других соучастников. В-четвертых, эксцесс соучастника возможен не только при соучастии с юридическим разделением ролей, но и при групповом посягательстве, когда соучастники (соисполнители) преступления совершают юридически тождественные действия.

Эксцесс исполнителя: понятие и виды.

⇐ ПредыдущаяСтр 7 из 8

Эксцессом исполнителя признается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников.

Эксцесс исполнителя возможен при любой из предусмотренных УК РФ форм соучастия. При эксцессе исполнителя он самостоятельно выходит за рамки ранее согласованного с другими соучастниками и совершает более тяжкое преступление.

При эксцессе отсутствует причинная связь между действиями соучастников и совершенным преступлением. Кроме того, выходя за пределы заранее оговоренного, исполнитель тем самым изменяет содержание умысла, и, следовательно, теряется субъективная связь между соучастниками.

Различают два вида эксцесса исполнителя:

ü качественный эксцесс – характеризуется тем, что исполнитель совершает другое преступление, которое не охватывалось умыслом остальных соучастников. При качественном эксцессе исполнитель прерывает исполнение совместно задуманного и выполняет действия, которые не охватывались умыслом других соучастников;

ü количественный эксцесс исполнителя – может быть в случае, если исполнитель совершает преступление, охватываемое умыслом остальных соучастников, но с более тяжкими последствиями, с иным результатом или с использованием иного способа совершения преступления. Количественный эксцесс не прерывает совместно начатого преступления и поэтому согласованное деяние в целом совершается.

При совершении исполнителем менее тяжкого преступления по сравнению с тем, что было оговорено, у него имеется добровольный отказ от совершения более тяжкого преступления.

При количественном эксцессе соучастники отвечают либо за неоконченное преступление (приготовление, покушение), либо за оконченное преступление, которое охватывалось их умыслом.

При качественном эксцессе исполнитель отвечает по совокупности за приготовление совместно задуманного преступления (если преступление является тяжким или особо тяжким) и другое, фактически совершенное, преступление либо по совокупности совершенных преступлений. Другие соучастники привлекаются к ответственности либо за приготовление к совместно задуманному преступлению, либо за то преступление, которое изначально охватывалось их умыслом.

Добровольный отказ от преступления при соучастии.

Условия и последствия добровольного отказа распространяются и на соучастие в преступлении. Данный вопрос нашел специальное урегулирование в ч. 4 и 5 ст. 31 УК. В частности, закон предусмотрел, что добровольный отказ организатора и подстрекателя исключает уголовную ответственность, если эти лица своевременным сообщением органам власти или иными предпринятыми мерами предотвратили доведение преступления исполнителем до конца. Пособник не подлежит уголовной ответственности, если его последующее поведение свидетельствует о том, что он предпринял все зависящие от него меры, чтобы предотвратить совершение преступления.
Особенности добровольного отказа соучастников вызваны тем, что действия исполнителя и соучастников могут быть разорваны во времени. Поэтому добровольный отказ соучастников возможен только до момента окончания преступления исполнителем и должен заключаться в предотвращении преступления. Добровольный отказ подстрекателя и организатора предполагает активную форму поведения. Добровольный отказ пособника может быть и пассивным. Например, пособник добровольно прекращает работу по изготовлению приспособления, без которого совершение преступления исполнителем невозможно. Добровольный отказ участника преступной группы может служить основанием для освобождения лица от уголовной ответственности в случае предотвращения группового преступления.
Ныне практически снят спорный вопрос о добровольном отказе члена преступной группы, который после состоявшегося соглашения не явился на место преступления, и оно было совершено без его участия. Практикующие юристы такие случаи оценивали как добровольный отказ. Причем встречались и курьезные ситуации, когда по этому основанию освобождались лица, случайно не явившиеся на место преступления (проспал, опоздал из-за плохой работы транспорта и т.п.). Для таких решений нет оснований: участник группы должен предотвратить групповое преступление.
При добровольном отказе исполнителя остальные участники несут ответственность за приготовление к преступлению по правилам, предусмотренным ст. 30 УК. В случае когда добровольный отказ организатора или подстрекателя не увенчался успехом, действия указанных лиц не привели к предотвращению совершения преступления исполнителем, их поведение может быть учтено судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание в процессе его назначения.

Неудавшееся соучастие.

Понятия «неудавшееся соучастие» в уголовном законодательстве не существует. Вместе с тем уголовно-правовое явление, которое можно условно назвать неудавшимся соучастием, является вполне реальным, и оно даже частично отражено в ч. 5 ст. 34 УК РФ. Соучастие следует считать состоявшимся («удавшимся»), когда в результате умышленных совместных действий двух или более лиц был причинен вред как результат совершения умышленного преступления. Под неудавшимся соучастием в широком значении этого понятия следует понимать умышленную попытку совместными действиями двух или более лиц причинить преступный результат, однако последняя не увенчалась успехом по самым различным, но всегда по независящим от этих лиц (лица) обстоятельствам.
Различные функции соучастников, а также многообразие причин, по которым не наступает преступный результат, предопределяет различные варианты анализируемого уголовно-правового понятия. Некоторые, наиболее типичные варианты неудавшегося соучастия, как уже отмечалось, закреплены в ч. 5 ст. 34 УК, однако, по нашему мнению, — далеко не все, что свидетельствует об очевидных пробелах в законе. Например, в упомянутой норме говорится о лице, которому по независящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению преступления. Это явление в уголовном праве принято называть неудавшимся подстрекательством к преступлению. Однако в ней ничего не говорится о соответствующей деятельности организатора и пособника, когда первому не удается организовать совершение преступления, а второму — способствовать его совершению. Так, если потенциальный пособник был задержан работниками милиции в процессе транспортировки оружия (или другого орудия преступления), то его действия следует признавать неудавшимся пособничеством. Означает ли отсутствие указания в законе на такого рода деятельность (неудавшаяся организация преступления, неудавшееся пособничество) ее ненаказуемость, либо это просто законодательная недоработка, означающая в связи с прямым запретом аналогии наличие пробела? Полагаем, что здесь мы имеем дело именно с пробелом в законе, который необходимо восполнить. Неудавшаяся организация преступления, неудавшееся пособничество по своей сути означают «покушение» на соответствующий вид деятельности, поэтому так же, как и неудавшееся подстрекательство, должны влечь уголовную ответственность за приготовление к соответствующему преступлению. За приготовление к преступлению должны нести ответственность другие соучастники и в случае добровольного отказа у исполнителя. Однако этот вариант неудавшегося соучастия не отражен в законе, что также свидетельствует о наличии в нем пробела.
В ч. 5 ст. 34 УК указывается, что «в случае недоведения исполнителем преступления до конца по независящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или за покушение на преступление». Представляется, что такая законодательная рекомендация является не совсем корректной, особенно при варианте покушения на преступление. Признание у других соучастников в таких случаях покушения на соответствующее преступление (т.е. так же, как и у исполнителя) неадекватно отражает специфику (роль, функцию) содеянного ими. В соответствии с законом (ч. 3 ст. 30 УК) «покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие), непосредственно направленные на совершение преступления…». Очевидно, что иные соучастники (кроме исполнителя) таких действий не совершают. Их функции закреплены в ч. ч. 3 — 5 ст. 33 УК, что и должно найти отражение в квалификации фактически ими содеянного. Это должно быть сделано путем дополнительной ссылки на соответствующую часть ст. 33 УК в зависимости от выполняемой соучастником функции. Так, если А. был подстрекателем Б. в совершении умышленного убийства, прерванного на стадии покушения, то содеянное им следует квалифицировать по ч. 4 ст. 33, ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК как подстрекательство к покушению на умышленное убийство. Это же правило должно применяться относительно организатора и пособника.
Такая квалификация ближе к сущности содеянного, хотя, возможно, и она не является идеальной, поскольку их умысел был направлен не на покушение (приготовление), а на оконченное преступление. Однако в соответствии с действующим законодательством и существующими правилами квалификации преступлений других ее вариантов для таких случаев просто не существует.
Исходя из вышеизложенного, полагаем, что ч. 5 ст. 34 УК для устранения имеющихся в ней пробелов и иных неточностей должна быть изложена в следующей редакции:
«В случае недоведения исполнителем преступления до конца по независящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или за покушение на преступление со ссылкой на соответствующую часть ст. 33 настоящего Кодекса.
Лица, которым не удалось по независящим от них обстоятельствам организовать либо склонить других лиц к совершению преступления, а равно оказать им содействие в его совершении, несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению.
В случае добровольного отказа исполнителя от доведения преступления до конца другие соучастники несут уголовную ответственность также за приготовление к преступлению».

Другой комментарий к статье 36 Уголовного Кодекса РФ

1. Соучастников преступления объединяет общность преступного намерения, стремление к достижению общего преступного результата. Совместно совершая преступление, соучастники, между тем, действуют свободно, в силу собственного волеизъявления. Свобода выбора поведения не исключает того, что в процессе преступления исполнитель не способен совершить деяние, не охватывающееся умыслом других соучастников. Однако не всякое отклонение от преступного соглашения имеет самостоятельное уголовно-правовое значение. Если отклонение от согласованной линии поведения не выходит за рамки преступного умысла либо не придает совершенному деянию качественно новый характер, то пределы соглашения соучастников не нарушаются и, следовательно, на уголовную ответственность такое отклонение не влияет. Например, исполнитель хулиганства применяет не кастет, как это было оговорено соучастниками, а железный прут. Насильник совершает половой акт не на чердаке дома, а в подвальном помещении, не утром, а днем, и т.д. Не нарушается преступное соглашение, достигнутое между соучастниками, и в том случае, когда для успешного достижения преступной цели соучастники предоставляют исполнителю полную свободу действий либо допускают возможность, что деяние исполнителя будет отягощено какими-либо другими обстоятельствами. Например, лицо, заказавшее убийство, знает, что наемник, как правило, использует для лишения жизни потерпевших взрывные устройства. Стало быть, соучастник допускает общеопасный способ совершения убийства. В подобной ситуации организатор или подстрекатель подлежат ответственности за соучастие в убийстве по найму, совершенном общеопасным способом, если, разумеется, исполнитель такой способ объективно применил. Если же деяние исполнителя явно не соответствует содержанию преступного соглашения и соучастники не предвидели его совершения, то налицо эксцесс исполнителя, за который другие соучастники ответственности не несут.

2. По своему лексическому значению термин «эксцесс» (лат. — excessus) означает уклонение, отступление, выход за пределы чего-то, крайнее или грубое проявление чего-либо. УК РСФСР 1960 г. не регулировал порядок ответственности соучастников при эксцессе исполнителя. Эти вопросы были предметом обсуждения в теории и решались в зависимости от отношения к возможности соучастия в неосторожных преступлениях. Среди отечественных ученых доминирующим было воззрение, согласно которому соучастие — это конструкция совместной ответственности лишь за умышленные преступления и умышленную вину соучастников. Данное положение предопределило практическое решение вопроса, связанного с ответственностью соучастников при эксцессе исполнителя: деяние, совершенное исполнителем по собственной инициативе, не может и не должно вменяться в вину другим соучастникам. Соучастники несут ответственность лишь за совместное совершение того преступления, о котором они знали или совершение которого объективно допускали. При эксцессе исполнителя соучастники не осознают и не предвидят фактических обстоятельств нового преступления либо того же преступления, но в более опасном исполнении. Кроме этого, соучастники объективно не содействуют несогласованному деянию исполнителя. Во-первых, это свидетельствует об отсутствии причинной связи между деятельностью соучастников и преступным результатом, наступившим вследствие эксцесса исполнителя, во-вторых, об отсутствии умышленной вины, являющейся необходимым признаком совместной деятельности двух или более лиц. Выработанное на доктринальном уровне правило ответственности соучастников при эксцессе исполнителя послужило ориентиром официальному разрешению этого вопроса.

3. В зависимости от характера совершенного исполнителем преступления эксцесс принято подразделять на два вида: количественный и качественный.

При количественном эксцессе преступление, совершенное исполнителем, хотя и не охватывается рамками преступного соглашения, но тем не менее является однородным задуманному соучастниками. Различают несколько оттенков подобного эксцесса: а) исполнитель по своей инициативе и без согласия других соучастников избирает более опасный способ совершения преступления либо причиняет более опасные последствия (например, подстрекатель склоняет к ненасильственному грабежу, а исполнитель совершает это преступление с применением насилия); б) исполнитель по своей инициативе и без согласия других соучастников избирает менее опасный способ совершения преступления либо причиняет менее опасные последствия (например, подстрекатель склоняет к грабежу, а исполнитель совершает кражу).

Качественный эксцесс заключается в совершении лицом неоднородного преступления, исполнения которого от него фактически ждали соучастники. Например, подстрекатель склоняет к убийству, а лицо совершает кражу. В такой ситуации абсолютная несопоставимость преступлений не только разрывает цепь причинности между деянием соучастников и преступным результатом, но и прямо свидетельствует об отсутствии взаимной обусловленности, объективно связывающей совместно действующих лиц.

4. При эксцессе исполнителя ответственность других соучастников ограничивается только теми действиями, которые были совершены в пределах преступного соглашения.

5. В процессе совместного преступления не только исполнитель, но и другие соучастники способны умышленно отклониться от обусловленной линии поведения и совершить деяние, не согласованное по своей сути с сообщниками. Так, соучастники могут лишь частично осведомить исполнителя об истинном характере деяния, умышленно не раскрывая второй и третий планы его опасности. Например, лицо, желая совершить диверсию на атомной электростанции, скрывает свои намерения от исполнителя, склоняя того к краже нескольких граммов радиоактивного вещества. В этом случае уголовной ответственности за эксцесс будет подлежать только то лицо, криминальное поведение которого не охватывалось умыслом других соучастников.

6. В последнее время в науке уголовного права множится число сторонников акцессорной теории соучастия, согласно которой все соучастники несут ответственность за действия, совершенные исполнителем, и эксцесс исполнителя как таковой не может иметь места. Полагаем, что для принятия соответствующего законодательного решения необходимы дополнительные социологические исследования.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *